Когда он записал мой заказ, я спросил:
— А где мисс Пегги?
Он печально посмотрел на меня:
— Мисс Пегги не совсем здорова. Она отдыхает.
И он медленно пошел на кухню.
Я откинулся на спинку, закурил сигаретку и велел своему желудку потерпеть.
Через десять минут Абрахам появился с подносом. На столе передо мной оказалась тарелка с аппетитно пахнущим жарким, в бокале в скотче плавали кусочки льда.
— Как нравится, мистер Уоллес?
— Выглядит вполне съедобным!
Я заметил, что на его добродушной физиономии появилось испуганное выражение. Я оглянулся.
В дверях стоял Гарри Везерспун. Мы посмотрели друг на друга, затем я ему широко улыбнулся и помазал рукой. Он секунду поколебался, потом подошел к моему столику.
— Хэллоу, мистер Везерспун! Пообедайте за мой счет.
— Благодарю, я уже поел, — сказал он и грозно посмотрел на Абрахама, который наклонял голову в глубоком поклоне и быстренько исчез.
— В таком случае выпейте кофе, — предложил я. — Мне хочется с вами поговорить.
Я заметил, что он снова колеблется, но потом все же придвинул себе стул и сел напротив. Абрахам вновь подошел к нам.
— Кофе и брэнди! — отрывисто бросил Везерспун.
Я ел свою отбивную.
— Здесь прекрасная кухня, — заметил я.
— Да.
Он задумчиво посмотрел на меня, приготовившись к обороне.
— Я слышал, вы хотели приобрести этот отель, когда скончался бедняга Вьэт?
— Пока еще ничего не решено.
Абрахам принес кофе и брэнди.
— Запишите на мой счет, Абрахам, — сказал я.
Он кивнул и отошел.
Я поел еще, пока Везерспун потягивал из рюмки. Он продолжал изучающе разглядывать меня. Я не спешил, прекрасно видя, что он все сильнее нервничает.
— Как идет ваше расследование? — спросил он наконец.
— Продвижение медленное. Я разговаривал с полковником Джефферсоном Хейвефордом.
Я вскинул глаза, посмотрел на него полицейски.
Глаза у него забегали, но физиономия осталась бесстрастной.
— Как поживает полковник?
— Оказывается, вы меня здорово провели, не правда ли, мистер Везерспун?
Заявили, что никогда не видели Митча Джексона.
Он на глазах успокоился и заулыбался:
— Но ведь и вы проделали то же самое со мной, помните? Как говорится, долг платежом красен. Теперь мы квиты.
Я напомнил себе, что разговариваю с бывшим агентом по наркотикам. К нему требуется осторожный подход, если я рассчитываю получить путную информацию. — Что верно, то верно.
Я тоже заулыбался.
— Полковник Хейвефорд сообщил, что у вас имелись доказательства того, что Джексон является распространителем наркотиков, «толкачом», как их называли, и у вас уже был ордер на его арест.
Везерспун, накладывающий непомерное количество сахара себе в чашку, пожал плечами:
— Правильно. Ситуация была в высшей степени щекотливая. Я совсем было собирался арестовать Джексона, когда он совершил этот геройский поступок. Мы с полковником Хейвефордом растерялись. Как поступить? Решили обвинение снять. Все это было в течение шести лет позабыто и похоронено, вдруг являетесь вы и раскапываете.
— Моя задача — отыскать Джонни. Если я сумею это сделать, не потревожив память отца, тем лучше.
Он посмотрел на меня и кивнул.
— Мальчик может быть где угодно. Я не завидую вашему поручению.
— Ваш адвокат поместил всюду объявления. Что-то может проясниться.
— Я слышал, что вы с ним тоже говорили?
— Я разговаривал со многими людьми, мистер Везерспун. Подобное расследование требует времени и разговоров. Он допил кофе, потом принялся за брэнди. — Сколько работы, чтобы найти мальчика! — За это мне платят деньги. В конце-то концов, вы тоже заинтересованы, верно?
— Больше нет. Я думал приобрести эту лягушачью ферму, но передумал.
Он скользнул по мне взглядом.
— Я предупредил Венболта. Не хочу, чтобы меня беспокоили. И не хочу больше тратить деньги.
— Так что, теперь вас не интересует Джонни Джексон?
Он прикончил брэнди.
— Нет! — поднявшись из-за стола, он добавил: — Мне пора идти.
— Одну минутку, мистер Везерспун. Продавая наркотики, Митч Джексон должен был загребать огромные деньги. Кто снабжал его товаром?
— Не знаю.
Его лицо окаменело.
— Каким образом вы вышли на него? Какими доказательствами располагали для ареста?
— Я не обсуждаю армейские секреты с частными сыщиками! — грубо оборвал он. — Доброй ночи!
И он вышел из ресторана.
Я подал знак Абрахаму, чтобы тот подавал кофе. Посидев еще минут десять и оставив чаевые для Абрахама на столе, я вышел в вестибюль, где имелось несколько будок телефоновавтоматов. За столом администратора клевал носом Боб Вьэт. Увидев меня, он заморгал, прогоняя дремоту.
— Вы же можете позвонить из вашей комнаты, мистер Уоллес!
Помня, что в таком случае мне не миновать местного коммутатора, я только улыбнулся ему и заперся в будке.
Я набрал номер, который мне дал Чик. Терри О'Брайен ответил, как будто он сидел рядом с телефоном в ожидании моего звонка.
Он был одним из молодых подручных, которых набрал полковник. Он бегал по поручениям, выполнял несложную работу самостоятельно, гудел как шмель от неиспользованной энергии и был полон амбиции.
— Терри? Это Уоллес, — сказал я. — Что ты для меня выяснил?
— Привет, Дирк.
Я услышал, как шуршит бумага.
— Филлис Стобарт? Правильно?
— Правильно, — подтвердил я, сдерживая нетерпение. — Что ты раздобыл?
— Я потратил целых два часа на раскопки в морге Хэрелда. Фэн здорово помогла, но результаты незавидные.
Так непочтительно у нас именовался отдел хранения справочного материала в редакции газеты «Геральд» или, точнее, «Парадайз-сити Геральд», где всем заправляла Фанни Батли, ночной клерк. Если кому-то из оперативников Пармелла требовались сведения о жителях города, они моментально обращались к этой девушке.