— Такая паскуда, как вы, не может испортить мне вечер!
— Должен заметить, миссис Стобарт, что для такой респектабельной особы, какой вы теперь являетесь, у вас убедительно богатый подбор площадных ругательств. Это ее доконало. Она молча повернулась на каблуках и побежала от меня прочь, наверное, опасаясь выкрикнуть очередное словечко из своего неисчерпаемого запаса.
Я закурил сигарету, подошел к балюстраде и остановился. С нее открывался великолепный вид на пляж и переливающуюся серебристую воду. Издали доносился визг, смех и крики молодых беспечных парочек. Парадайз-сити забавлялся.
Я думал о том, что мне сообщила миссис Стобарт. Да, я ни на дюйм не приблизился к таинственному Джонни Джексону.
Вернувшись к себе на квартиру, я включил телевизор и увидел девушку-блондинку, которая истошным голосом что-то вопила в микрофон. При этом она вертела задом и задирала руки к небу, без конца повторяя: «Я вас люблю! Я вас люблю!» Сидевший на некотором расстоянии от нее оркестр из четырех цветных парней изо всех сил старался приглушить ее пронзительный голос, но им это плохо удавалось. Я попробовал переключиться на другие каналы, но и там передавали нечто подобное, Поэтому я вообще выключил телевизор. Теперь меня мучила мысль о том, каковы успехи Терри О'Брайена. Меня разбудил резкий телефонный звонок. Взглянув на часы, обнаружил, что они показывают половину четвертого.
— Надеюсь, я раздразнил твой сон? — пробасил О'Брайен.
— Меня? Ты смеешься. Я сидел в ожидании твоего звонка. Что у тебя новенького?
— Послушай, Дирк, ты еще долго будешь морочить мне голову?
— Ты о чем?
— В отношении Джонни Джексона.
— О чем ты толкуешь?
— Я обошел примерно с десяток ночных клубов и разговаривал с Флосси. Никто, повторяю, никто никогда не слышал о Джонни Джексоне. А разреши тебе сообщить, Флосси знает их всех. У него специальная книга учета. Ему известно, кто есть Кто и кто чем занимается. Никакого Джонни Джексона…
— Нет светловолосого миловидного паренька с бусами и браслетами, который ходит в сопровождении черного бугая?
— Ты же слышал, что я сказал. Джонни Джексон не существует. Если ты мне не веришь, поговори с Флосси сам. Могу ли я теперь отправляться на боковую? — Конечно. И спасибо тебе, Терри. Вполне возможно, что он не посещал клубы.
— Ну сколько раз повторять тебе одно и то же! — голос окреп. Он аж звенел от возбуждения. О'Брайен разрешил себе разозлиться. — Флосси утверждает, что никакого Джонни Джексона не существует. Все эти проклятущие фэги, как их тут называют, как только я рассказал, что Джонни получил кое-какие деньги, просто из кожи повылезали, чтобы его отыскать. Но никто никогда не слышал про него. Неужели это тебя не удовлетворяет!?
— Должно удовлетворить, не так ли? — буркнул я и бросил трубку.
Глава 8
Когда я вошел к себе в кабинет на следующее утро, то обнаружил две записки.
В первой было сказано:
«Мистер Андерсен, помощник из Сирля, просит вас ему срочно позвонить».
Вторая гласила:
«Мистер Венболт из „Говард и Венболт“, Майами, просит вас зайти к нему».
У меня была беспокойная ночь, заснул я под утро. Наскоро позавтракав, я так и не избавился от чувства подавленности из-за сообщения О'Брайена. Что за дикость? Джонни Джексон должен где-то быть.
Думая об этом по дороге в офис, я впервые подумал о том, что не обманули ли меня Би-би Мэнол и Филлис Стобарт. Для чего? Обе они рассказали мне одну и ту же историю: Джонни Джексон гомосексуалист и всюду появляется в обществе громилы-негра. Однако вездесущий Флосси Аткинс заявил, что он не знает такой пары, а по собственному опыту я знал, что Флосси можно доверять. Какими же соображениями могли руководствоваться эти солидные особы, бывшие проститутки, рассказывая мне сказки? В Сирле тоже все в один голос твердили, что Джонни был «робким» и девочек не жаловал. Уж если это не является доказательством его «заскоков», тогда что же еще?
Чика Барли на месте не было, кабинет был в моем распоряжении. Я позвонил Биллу Андерсену.
— Дирк, я кое-что для вас раздобыл, — сказал он, когда нас соединили.
Чувствовалось, что он радостно возбужден.
— Да? А что?
— Я проследил пистолет «беретту», из которого застрелили старого Джексона.
— Как вам это удалось?
— Ну… как обычно, мне нечем было заняться, а мысль об этой «беретте» не давала мне покоя. Тогда я стал обзванивать все полицейские участки до самого побережья. В Джаксонвилле мне повезло. Оттуда сообщили, что лицензия на этот пистолет была выдана шесть лет назад.
— Кому?
— Вот тут вас ждет сюрприз. Гарри Везерспуну.
— Прекрасная работа, Билл!
— Мне объяснили, что два года назад в июле месяце Везерспун сообщил, что пистолет у него похитили, и поэтому попросил ликвидировать лицензию.
— А как его украли?
— Согласно объяснению Везерспуна, к нему на фабрику забрались грабители.
Были похищены деньги и его оружие. Вопросами грабежа занимается шериф Мейзон, а лицензию он попросил ликвидировать.
— Ограбление было, Билл?
— Нет. Я бы знал об этом. Никакой кражи со взломом.
— Как получилось, что Везерспун зарегистрировал оружие в Джаксонвилле?
— Этим я тоже поинтересовался. Мне ответили, что какое-то время он арендовал там квартиру и заявил, что ему требуется оружие для самозащиты. Поскольку в прошлом он работал агентом по борьбе с наркотиками и нажил себе массу врагов, они посчитали это уважительной причиной.
— Вы проделали грандиозную работу, Билл. Ваши шансы в глазах полковника повышаются.
— Замечательно! Как вы думаете, это Везерспун прикончил старого Джексона?
— Убежден!
— Но почему, черт возьми?
— Я занимаюсь этим вопросом. Когда состоится дознание по смерти Везерспуна?
— Сегодня. Похороны послезавтра.
— Доктор Стид все еще придерживается версии несчастного случая?