По обыкновению своему Юля уходила с катка вместе с сестрами Мельниковыми. Они болтали без умолку на протяжении всей аллеи, доходили до ворот стадиона и прощались. Юле на «Автозаводскую», им на «Дубровку». Однажды вечером сестры повели Юлю через территорию дворца культуры «Зил».
- Подождете здесь немного? Мне надо книжки сдать! – сообщила Света и понеслась к стеклянным дверям дворца культуры. Оказывается, все сестры были записаны в местную библиотеку (не считая библиотеки своего района и школьной библиотеки) и раньше посещали какие-то зиловские кружки. Проторчав на улице несколько минут, девчата стали бегать по высоким сугробам. Вышла Света. На лице ее играла загадочная улыбка.
- Что? Что? Что? – бросилась к ней Аля. – Смотри! Она явно что-то взяла! Что-то взяла!
Юля не понимала, отчего взятая в библиотеке книга, вызывает такой ажиотаж.
- Да. Я сдала книги и взяла новые. – проговорила Света, пряча в рюкзак небольшие тома. Аля пыталась взглянуть на корешок, но безуспешно. – И НЕ СКАЖУ, какие! Это «взрослая» литература.
Минуту они шли молча. Света косилась на Юлю.
- Ладно. Только Юле скажу!
Юля подозревала что-то нехорошее. Тем более, Света сказала, что записана во взрослую, а не детскую библиотеку. «Что она могла взять такого? – думала Юля. – «Нехорошего»? Ведь «взрослая литература» обычно про секс и все такое прочее. Юля представила себе «книжки с картинками» - позы для секса, в которых обычно участвуют какие-нибудь уродливые парочки…»
Странно не знать о сексе в пятнадцать лет. Тем более, если в твоем классе половина озабоченных, а классуха спит с двоечником. Света на год была младше Юли, а выглядела даже старше. Поэтому Юля не видела ничего предосудительного в том, что девушка берет такую литературу. Тут Света остановилась и прошептала Юле на ухо:
- Я взяла Шекспира!
Юле показалось, что она шутит, но взглянув на Свету, поняла – она вполне серьезно.
- А… Молодец… Это хорошо…
Больше Юля не знала, что сказать. «Писец! Девке уже столько лет, а она Шекспира читает!» У Юли перед глазами прошли ее зачитанные романы про «Великолепную Анжелику», книги Ирвина Шоу, Ги де Мопассана, Джека Лондона, О Генри, Теодора Драйзера. Аля тем временем все-таки выспросила у сестры, что она взяла в библиотеке.
- Шекспир?! – воскликнула она. – Опять?!
Юля попрощалась с сестрами и направилась к метро, смеясь над ситуацией. «Что ж – признала она, наконец. – Шекспир – это действительно – «взрослая литература»».
Тут стоит объяснить, что общество России многолико и многослойно. У каждого человека, задумывающегося над этим вопросом, составляется своя классификация частей общества. В будущем Юля часто встречала таких же людей как Мельниковы и выделяла их в отдельный класс. Это были люди, застрявшие психологически в СССР. Все у них было «по-советски» - неиспорченные, воспитанные в лучших советских традициях, дети, часто ходили в школу в старой форме и с ранцем, учились по старым учебникам, читали классическую литературу и смотрели старые советские фильмы. Это не было «бзиком». Просто эти люди старались изо всех сил сохранить твердую почву под ногами. И малообеспеченным слоям населения это удавалось лучше всего – жили они в старых советских домах, на модный «евроремонт» и новую мебель денег не было, покупка техники, тем более компьютера, не обсуждалась. Как узнала Юля, Мельниковы не успели еще провести себе телефон. Вещи, не только одежда, но и, например, спортинвентарь – коньки, лыжи, прыгалки, передавались по наследству. Это вызывало интерес. Россия – очень старая страна, страна большой истории, страна традиций, и, передача по наследству старого барахла, простите «реликвий», как и в приличных странах Европы, считалась святым делом. Каких только вещиц не попадается порой! Фарфоровые часы и статуэтки, странные значки с 3D-эффектом, очки модели «Стрекоза», шейные платки с «Битлз», раскладные тумбы-граммофоны, двойные сковородки с длинными ручками – чтобы печь горячие бутерброды на костре в походе. И конечно, дедушкин ватник, дядина шинель, бабушкина горжетка и проч. и проч. Весь этот хлам, густыми залежами пылящийся на антресолях и балконах, представлял собой отголоски истории большой и великой страны. Жить прошлым было легко. Конечно, от мира не спрячешься, но дети, закаленные советскими нормами морали и нравственности, стойко сносили веяния вздорной моды. В таких семьях формировались особые люди. И Юле они нравились, вот только она не могла отделаться от некоторого напыления стереотипности.