- Люба! Это очень дорого! – восклицала Юля. – Даже не представляю, как тебе удалось найти этот билет!
- Да что ты… Он дорогой, да, но ты представь, что это мой подарок тебе на будущий праздник!
- Какой?
- Да какой хочешь – на день рожденья или следующий Новый год.
- Ты сумасшедшая! Лучше б ты себе что-нибудь купила! – кричала радостная Юля. – Вот как получается – не знала и не думала, а мне все друзья билеты подарили!
- Просто мы все знаем, как для тебя это важно.
И для Юли это действительно было важно. Перед произвольной программой она не рисовала на себе флаги, она решила прийти с плакатом в поддержку Чемпиона. До последнего было не ясно – будет ли участвовать этот фигурист или нет. Юля расстелила лист ватмана на полу, с одной стороны прижала края гантелями, с другой стороны учебниками, и принялась выводить буквы, сначала карандашом, затем заполнять их краской. Кошка бесилась рядом. Что-то нашло на нее и, воспользовавшись моментом, когда Юля отвлеклась, проскакала по ватману выпустив когти, отчего плакат стал в дырочку. При этом она столкнула банку с водой и по надписи растеклась цветная лужа.
- Ах, ты, тварюга! – закричала на нее Юля.
Пришлось долго сушить плакат. Юля скатала его и закрепила скрепками. Напрасно. Плакат этим вечером не пригодился.
Когда Юля уже сидела на трибуне, и соревнование вот-вот должно было начаться, диктор объявил, что Чемпион снялся с соревнований из-за травмы. Зал тут же загудел и зааплодировал из уважения к спортсмену. А Юля закричала:
- Все равно он лучший! Остальные - фуфло!
Ее одобрительно поддержали хохотом.
Однако соревнование началось. После внезапного ухода Чемпиона, которому прочили несомненное золото, в борьбе за первенство схлестнулись его могучие конкуренты – француз и американец. Каждый из них ощущал возможность стать чемпионом мира прямо здесь, прямо сейчас. При наличии золотого Чемпиона, они боролись лишь за второе-третье место, а потому оставались относительно спокойными. Теперь же с его уходом они вообразили себе бог знает что, и переволновались. Один за другим начали делать ошибки и падать на лед. Получалось, выиграет тот, кого от падения удержат нервы, ни о каком фигурном катании здесь речи не шло. Все забыли об артистичности, о смысле своих номеров и просто боялись, боялись допустить ошибку, боялись упасть, и делали ошибки. Это было грязное катание. Юля сидела и недоумевала – кто же займет первое место? Похоже, что в таком же недоумении пребывал весь зал и даже судьи. Как бы ни было интересно следить за борьбой мировых фигуристов, у Юли уже испортилось настроение. Под конец ей стало просто наплевать, кто выиграет. На лед вышел швейцарец Ламбьель, его встречали приветливо – он ведь никогда не посягал на славу Чемпиона. Ламбьель катался отлично, главное правильно. Юля, не досмотрев его программу, встала с места и двинулась к выходу. На ступенях лестницы сидели и лежали в причудливых позах фотографы. Кое-как она перебралась через них и вышла прочь, через пустое фойе, в морозную ночь. Она спустилась на станцию «Спортивная», не замечая, что в руках все еще зажат российский флаг. Люди, довольно многочисленные в это время подходили к ней и спрашивали:
- Как там наш Женя?
Слыша это «НАШЖЕНЯ» и видя надежду в глазах, Юля даже прослезилась. Ей было жалко расстраивать людей.
- А кто же тогда выиграет? – спрашивали люди затем.
Можно было подумать, что первое место останется незанятым. «А я бы так и сделала на месте судей!» - подумала Юля, вспоминая безобразное катание фигуристов. В течение всего пути Юле приходилось рассказывать случайным людям о том, что происходило на чемпионате, о том, на какие соревнования она ходила, и чем они закончились. Она рассказывала о недомогании Чемпиона, будто это ее родственник, и, похоже, люди, расспрашивавшие ее обо всем очень подробно, так и думали. В автобусе, когда Юля уже подъезжала к своей остановке, она, уже устало, в который раз отвечала на вопрос «Как там наш Женя?» и объясняла, кто, по ее мнению, теперь должен занять первое место.
Первое место занял швейцарец. Неожиданно для всех и для себя в первую очередь. Его счастливую физиономию напечатали все газеты. Со всех витрин газетных ларьков смотрела его улыбающаяся физия. Юле было не жалко. Она была рада одному – что ей таки удалось посмотреть произвольную программу на предварительном катании.