Наверное, праздновать стоило бы и ему, но Лёрид Кирстен не находил в себе для этого сил. Он, вроде бы, и выиграл, но на самом деле проиграл, в один день лишившись всех своих ближайших соратников. От рук путчистов погибли Буремен и Могли. Сеймор Скэб предал и уже дает показания. Он не лгал, когда докладывал о вскрытии заговора, но умолчал лишь о том, что сам присоединился к нему. Ленни Чоллон так и остался в Лииве, весь день от него ничего не было слышно. Финансовый советник Тейно Вайкел струсил. Его задержали в аэропорту, когда он пытался улететь в Телларну с портфелем, полным ценных бумаг и золотых сертификатов на несколько миллионов брасов.
Противно и гадко. И с этими людьми он пытался преобразить Гордану?!
Сигнал коммуникатора вырвал Кирстена из мрачных размышлений.
- Вы уже прибыли? - услышал он приятный женский голос. - Приезжайте в президентский дворец, вас там ждут.
Орна, жена этого отвратительного мальчишки Майдера Билона, оказалась под стать муженьку. Ну, никакого почтения к президенту! Кирстен со злостью сжал в руке коммуникатор. Ему хотелось шмякнуть о землю эту изящную инопланетную вещицу из черного пластика и светлого легкого металла, но он сдержался.
Во дворец президент взял с собой командира десантного полка - так он чувствовал себя увереннее, ощущая за спиной поддержку штыков. В конце концов, сила пока на его стороне.
Его и впрямь ждали у дверей его кабинета: Риген, Фремер, Салливой, Тревис, Собеско со своей инопланетянкой, Билон. Вот они действительно выглядели победителями и бесспорно являлись ими.
Что же, посмотрим, что еще можно переиграть.
Кирстен стремительно, по-хозяйски, зашел в кабинет и широким, повелительным жестом предложил остальным занять места. Полковник-десантник встал сбоку и чуть сзади от президентского кресла.
- Блестящая работа! - экспрессивно воскликнул Кирстен, захватывая инициативу. - Поздравляю! Все вы заслуживаете награды!
- Награды могут и подождать, господин президент, - спокойно, даже с некоторой ленцой, осадил его Кен Собеско. - Мы не для того сюда пришли.
- Путч показал, что в государстве существуют серьезные проблемы... - начал Райнен Фремер.
- Да, проблемы есть! - с энтузиазмом подхватил Кирстен. - Стыдобища! Ведущая держава Западного континента, можно сказать, мира, а тут такая конфузия! Теперь все будут думать, что Гордана - неустойчивое государство со слабой властью. Поэтому нам сейчас как нельзя важно показать свою прочность и стойкость!
- В этом вы можете винить только самого себя, господин президент! - Фремер продолжал гнуть свою линию. - Вы сами ослабляли государство, когда разгоняли парламент, когда привели во власть не группу профессионалов, а ваших личных подручных и случайных попутчиков, когда без суда и следствия начали заключать в концлагеря и ссылать своих граждан. При вас власть в Гордане свалилась в беззаконие и чрезвычайщину, вот она и стала уязвимой для авантюристов, решивших забрать ее у вас такими же беззаконными и чрезвычайными мерами!
- У вас, что, есть претензии ко мне?! - оскалился Кирстен.
- Да! - Райнен Фремер спокойно выдержал его яростный взгляд и гневную интонацию. - Мы считаем, что в том, что произошло, есть немалая ваша вина. И в связи с этим мы обращаемся к вам с просьбой уйти в отставку.
- Что?! - подскочил Кирстен. - Покончив с одним мятежом, вы затеваете свой?! А вы не боитесь, что я отдам приказ арестовать вас по обвинению в государственной измене?!
Кирстен почувствовал, как рядом с ним напрягся десантник, и это придало ему сил. Он оглядел своих собеседников тяжелым, придавливающим взглядом... и вдруг натолкнулся на безмятежно-опасного Салливоя.
- Позвольте, господин президент, - как ни в чем не бывало, прогудел министр внутренних дел. - Призывая вас к добровольной отставке, мы не нарушаем никаких законов. Кроме того, я считаю, что ваш уход с поста президента будет отвечать интересам государства. Поэтому никакой измены ему мы не совершаем.
- Вот как?! - прищурился Кирстен. - Но вы понимаете, что после таких заявлений у нас с вами может прекратиться совместная работа?!
- Я за свое место не держусь, - усмехнулся Салливой. - Признаться, давно уже подумывал об отставке. Просто это выглядело бы, словно я бегу от ответственности за то, что происходит в стране.
- А вы, Тревис? - Кирстен перевел взгляд на черноволосого экс-прокурора. - Вы тоже собирались уйти?
- Нет, такой мысли у меня не было, - глава Чрезвычайной комиссии по расследованию выпрямился в кресле. - Но если вы примете решение о моем увольнении, я отнесусь к нему с пониманием.
- Давайте поговорим спокойно, господа, - примирительным тоном предложил Кирстен, еще раз оглядев всех собеседников, но уже не гневно, а понимающе-сочувственно. - Вижу, что после сегодняшних событий все возбуждены, все на эмоциях. Предлагаю отложить этот разговор. И я понимаю, у меня были ошибки, но, как говорится, не совершает их только тот, кто ничего не делает.
- Ваши заслуги никто не отвергает, - согласился Фремер. - Вы удержали Гордану от войны с пришельцами, пусть и не бесспорными с этической точки зрения методами, организовали прием миллионов беженцев, начали борьбу против коррупции...
- Вот именно! - воскликнул, перебив его, Кирстен. - Я хочу, чтобы Гордана была великой страной! Я занимаюсь ее очищением от грязи, а при этом, согласитесь, невозможно сохранить руки полностью чистыми. Что же касается ваших людей, Фремер, то я вам уже говорил: этот вопрос обсуждаемый.
Райнен Фремер покачал головой.
- Дело даже не в том, что вы начали свое очищение с расправы над вашими политическими конкурентами. И даже не в том, что жертвами вашей репрессивной машины стали сотни тысяч людей, виновных только в том, что они имеют "не такой" цвет кожи. Просто, борясь с ворами, коррупционерами и мафиози, вы воспроизводите систему, которая их создает постоянно, ежечасно и в громадных масштабах. Ваши выдвиженцы имеют те же возможности для незаконного обогащения, что и их предшественники. Даже более широкие. Более того, у них нет даже тех сдерживающих факторов, которыми раньше были политическая борьба на локальном уровне и пусть не свободная, но контролируемая различными силами пресса.
- Он прав, - отрывисто подытожил Тревис. - В прошлом месяце я отправлял вам меморандум на эту тему. Вы на него не ответили.
- Критиковать со стороны всегда легко! - огрызнулся Кирстен. - Но вы же ничего не предлагаете взамен, кроме абстрактных призывов!
Фремер широко усмехнулся.
- Вы отстали от времени. Мы не делаем секрета из нашей новой программы. В чем-то она сходна с вашей. Это сильное государство, но подтверждающее свою силу не репрессиями, а развитием экономики и активной социальной политикой. Мы предлагаем уделять особое внимание локальным делам. Для этого нужна отмена выборов на низовом уровне...
- И это говорит глава политической партии, которая носит название Движения за демократию! - саркастически заметил Кирстен.
- Мы уже перестали быть политической партией в традиционном понимании. Наша единственная идеология - это обеспечение достойной жизни для наших граждан. И приемлемо все, что способствует достижению этой цели, независимо от содержания идеологических ярлыков. Мы выступаем за власть, которая должна заниматься управлением территориями, а не распределением и освоением бюджетов. Для этого мы предлагаем ввести известные вам законодательные изменения, а также создать действенную систему контроля. Со стороны самих граждан, для чего предлагается воспроизвести существовавшую ранее систему выборных муниципальных советников, полиции, прокуратуры и чрезвычайной комиссии, вышестоящих органов власти, внутреннего аппарата нашего Движения и, безусловно, свободной и не зависимой от местных властей прессы. Но, самое главное, мы ищем людей, которым не нужно от власти ни богатства, ни привилегий, ни возможности распоряжаться, а интересен процесс управления сам по себе, которым это просто нравится! Многое из этого уже действует, и действует весьма успешно в дистрикте Ойдевиз!