-Унижаться не стану – она выдернула свои волосы из моей хватки и хмыкнула – но скажи мне, почему нет?
-Мой совет – начал я – найди себе другого мужчину, который тебя хоть немного заинтересует, потому что я не тот, кого ты ищешь, а вот я уже нашёл то, что мне дорого – я уже был готов развернуться и зайти в клуб, как она меня окликнула.
-Какого другого, чёрт тебя дери! – крикнула она – ты единственный парень в моём окружении, которого ко мне подпускают, потому что все остальные жалкие и недостойные таких, как мы!
-Каких, таких? – развернулся я обратно в её сторону.
-Ты богат, даже не так. Ты сказочно богат и находишься на вершине пьедестала под названием ВЛАСТЬ! Твоя семья почти на уровне президента и постоянно заметна на всех таблоидах и пабликах СНГ. И ты ещё спрашиваешь, каких, таких? – злостно, отчеканила она.
-Аглая, если ты и продолжишь следовать исключительно планам твоего отца, то никогда не станешь свободной и не обретёшь то, без чего жить и дышать не сможешь – объяснил я – между нами, был интим без обязательств на моё восемнадцатилетие, когда ты проявила инициативу воспользоваться моей полной отключкой в своих целях – ненавижу это вспоминать, на следующее утро мне было так паршиво от самого себя, что я сразу же поспешил принять душ, чтобы смыть её следы и запах, от которого у меня забились все гайморовы пазухи, её парфюм – это едкая жижа со всеми брендовыми наклейками и обёртками, какие только есть в дорогущих парфюмериях и ТЦ.
-Разве ты ничего не чувствовал в тот момент, тебе не хотелось снова прикоснуться ко мне, тебя не провоцируют мои вызывающие наряды и ты не сдерживаешь свои инстинкты глядя на меня?
-Я, по-твоему, что какое-то животное? – я ошарашенно уставился на неё – то есть, по-твоему, я должен спать и видеть то, чем тебя наградила природа? Кого ты из меня делаешь, Аглая? – как ошпаренный, закричал я – может я и мужчина, но я не зверь, которому от женщины нужно только тело!
-А, что же тебе тогда нужно? Скажи! Я всё сделаю! – чуть ли не рыдая, выпалила она.
-Твой выбор жить так, как ляжет карта твоего отца, он сделал из тебя его марионетку – сжав челюсть, отчеканил я – ты симпатичная девушка, на тебя падает множество голодных взглядов, но ты выбрала быть собачонкой своей фамилии? – она уставилась на меня, быстро моргая – Для начала, запомни! Ты не только дочь человека, который дал тебе эту фамилию безвозмездно, но ещё, ты Аглая, та маленькая и плаксивая девчонка, которая вечно просила с ней поиграть – вспоминая те времена, мне ни чуть ли не жаль, что мы перестали общаться в осознанном возрасте, потому что, будучи маленьким, меня заставляли с ней играть, из-за того, что она слишком привередливая, но ко мне она привыкла быстро, и играть хотела исключительно со мной.
-Ты не ответил на мой вопрос, Дима – её глаза наполнились крупицами слёз – ответь мне – шёпотом, процедила она.
-От тебя мне ничего не нужно – отчеканил я – не теряй себя, как личность, не живи тенью, которую тебе навязали! – повысив голос, процитировал я – ты путаешь свою безысходность и нарциссизм с тем, что я тебе нравлюсь – объяснил я – и ты не права по поводу того, что в твоём кругу могу ошиваться лишь я – хмыкнув, произнёс я – ты сама себе это внушила, поэтому переставай ставить себя выше других и поищи то, чем хочешь заняться, чтобы отвлечься – закончил я.
-Нет! – ответила она - я не верю, что я не нравлюсь тебе, как женщина – процитировала она, неровно дыша, словно контролируя подступающую истерику и слёзы – неужели, тебя не задевает тот факт, что на меня смотрят другие мужчины? Скажи мне! Ответь!
-Ты ведёшь себя, как истеричка – выпалил я со злостью и гневом в голосе.
-Да – выпучив глаза, ответила она – я веду себя, как истеричка, но я всё же остаюсь женщиной, а ты мужчиной, почему бы тебе не убедиться в том, что ты ничего ко мне не чувствуешь? – она резко сократила между нами расстояние и вцепилась в мои губы.
-Что ты себе позволяешь? – рыкнул я, оттолкнув её, пока она не на придумывала себе, что я отвечу на её жадный поцелуй – Аглая, ты шутишь? Что ты творишь?
-Да пойми же ты – рыдая навзрыд, произнесла она – мне нравится в тебе всё! – крикнула она – твои губы, которые впервые поцеловали именно меня, твои руки, которые крепко держали меня той ночью и твой запах, который окутал меня с ног до головы и до сих пор не отпускает – выдохнув, призналась она, я опешил.
-Это бесполезно – выдохнул я – ты прямо сейчас унижаешься перед парнем, который открыто, отказал тебе – чувствую себя, как мать, разучившая с ребёнком домашнее задание – ты лжёшь сама себе! Ты не любишь меня, ты любишь ту картину, которую вырисовывала для самой себя целый год, который и является экватором нашего общего фаталити – тяжело вздохнул я – перестань, накручивать себе то, что ты, что-то чувствуешь ко мне. Могу дать тебе один совет – по её щекам текли солёные слёзы, которые не переставали выкатываться с её карих глаз, которые ну никак меня не впечатляют, а вот голубые, словно небесные омуты, загоняют меня в свою глубь и чаруют своей уникальностью – перестань думать обо мне, как о мужчине, прими то, что мы даже друзьями не были – смотря на неё впритык, мне показалось, что я разговариваю со стеной, потому что она возвела вокруг себя неприступную стену с любовной линией, редактирование которой подвластно лишь ей одной…