Они говорили с Дабни. Вскоре после этого их едва не убили.
Причина и следствие? Если так, то как это связано?
Декер мысленно вернулся к разговору с домработницей.
Та полагала, что Элли Дабни происходила из состоятельной семьи. Как выяснилось, это не так. В таком случае как можно было объяснить то, что Уолтер Дабни купил особняк и «Порше», все еще работая мелким сотрудником в АНБ? Только так, что он занимался шпионажем. У Элли Дабни несчетное число проблем со здоровьем, и в том числе выкидыши. Три ее дочери высокорослые, атлетического телосложения, но всех их мучают проблемы с дыхательной системой. У Саманты недостает пальцев на ногах, у Аманды нет части руки… По словам Рэндолл, все Дабни были замечательными людьми, таких она больше никогда не встречала.
После чего ей всадили пулю в голову.
Затем Декер и Браун говорили с Дабни о кукле.
Они обнаружили других кукол с такими же в точности потайными отделениями.
Покинув особняк, они отправились ужинать и вернулись домой к Браун, где их едва не перестреляла группа убийц, вооруженных автоматами.
Опять же, причина и следствие? И в обоих случаях причиной, возможно, был разговор в доме Дабни.
Особняк прослушивается?
Быть может, теми, кто подстерег Декера в засаде в лесу у сельского дома Беркшир? И те же силы стоят за вчерашним нападением боевиков?
И еще есть куклы. Каким образом они участвовали в игре? Как сказала Элли, защищая своего мужа, Уолтер Дабни не разгуливал по городу с куклами. Предположительно, он не приносил их к себе на работу, где набивал секретами, после чего передавал кому-то третьему, только чтобы затем забрать и вернуть своим дочерям. Это было совершенно бессмысленно. Мужчина, идущий с куклами, обязательно привлек бы к себе внимание. Вряд ли можно заявиться в АНБ с куклой в руках.
Но, может быть, в этом не было необходимости. Может быть, передача происходила на другом конце…
Резко крутанув руль, Декер направился в противоположную сторону.
Он поставил машину напротив дома Сесилии Рэндолл. Полиция ушла, но дверь в дом была приоткрыта. Выйдя из машины, Амос быстро пересек улицу под струями дождя и постучал в дверь.
Никто не ответил. Достав пистолет, Декер открыл дверь и заглянул внутрь.
– ФБР. Есть кто-нибудь дома?
Опять же ответа не последовало. Однако наверху послышался скрип половиц.
На втором этаже кто-то был.
Бесшумно поднявшись по лестнице, Амос быстро огляделся по сторонам. Наверху были всего две комнаты. И только в одной горел свет.
Приблизившись к этой комнате, Декер уже собрался положить руку на ручку, как та повернулась.
Он отступил назад, держа пистолет направленным на дверь.
Увидев его, женщина вскрикнула и выронила коробку.
– О господи, что вам нужно? – воскликнула она. – Пожалуйста, не убивайте меня!
Сунув руку в карман, Декер достал свое удостоверение.
– Я из ФБР. Я не сделаю вам ничего плохого.
Отшатнувшись в сторону, женщина ухватилась за дверь.
– Господи Иисусе, вы меня до смерти напугали!
Опустив пистолет, Декер внимательно посмотрел на нее. Чернокожая, худая, лет сорока, короткие седеющие волосы.
– Кто вы такая? – спросил он.
– Я – Ронда Кейн.
– Что вы здесь делаете?
– Это дом моей матери.
– Сесилия Рэндолл – ваша мать?
– Да.
– Соболезную вашей утрате.
Женщина опустила взгляд на коробку.
– Я просто заглянула, чтобы забрать кое-какие вещи. Не знаю, как быть с этим домом… Наверное, придется его продать.
– Вы живете здесь?
– Нет, в Балтиморе, это не так уж далеко. – Она строго посмотрела на Декера. – Вы нашли того, кто это сделал?
– Пока что нет. Но раз уж вы здесь, не возражаете, если я задам вам несколько вопросов?
– Полиция уже говорила со мной.
– Возможно, мои вопросы будут другими.
– Послушайте, насколько я знаю, у мамы не было никаких врагов. Никого, кто желал бы ей зла. Она усердно трудилась, ходила в церковь, она вырастила меня, и она была хорошим человеком. Думаю, к ней нагрянул грабитель. Я умоляла маму переехать из этого района. Я сама росла в этом доме. Тогда район был приличным, но сейчас все изменилось. Здесь по улицам шляются разные типы, которые убьют человека за полтинник.
– Не буду с вами спорить, однако мне кажется, что здесь произошло что-то другое.
– Почему вы так считаете?
– Вы только что сказали, что ваша мать всю жизнь усердно трудилась. Она работала у Дабни, правильно?
– Совершенно верно. Больше тридцати лет.
– Значит, вы тоже знали эту семью.
– Конечно. Маленькой я часто ходила с мамой к ним домой.
– То есть вы знакомы с дочерьми?
– Я с ними играла. Я была немного постарше. Иногда я сидела с Джулис и Самантой. Когда Натали была совсем маленькой, я меняла ей пеленки и кормила ее.