– Я хочу есть. Давай отправимся на мультизадачный ужин.
Они пешком дошли до небольшого заведения в полумиле от дома и сели за столик у окна, выходящего на улицу. Зал был заполнен лишь на четверть. Меню было написано мелом на грифельной доске.
Когда подошла официантка, Декер сказал:
– Средний чизбургер со всем, что полагается, бифштекс и лук колечками. И пиво, крепкое. – Он чуть ли не с вызовом посмотрел на Джеймисон.
– Два пива, – добавила та, глядя ему прямо в лицо.
Когда принесли пиво, они отпили по большому глотку, после чего откинулись на спинки стульев.
– Сегодня без салата? – спросил Амос.
– В чизбургере есть салат-латук и помидоры, Декер. Так что насчет семейства Амайя?
Он пожал плечами.
– Если тип в костюме работает на стройке, мы сможем его проверить.
– Интересно, какие дела у них с Томасом…
– Это может быть все что угодно.
– Значит, мы попробуем помочь Амайе, так?
– Полагаю, ответ очевиден, ты не согласна? Но притом нельзя допустить, Алекс, чтобы это отвлекло нас от основной работы.
– Понимаю, понимаю. И я могу проверить Амайю. Не бойся, ничего опасного я предпринимать не стану, – поспешно добавила Джеймисон. Отпив еще глоток пива, она поставила бутылку на столик. – И все же как ты думаешь, что было на той флешке?
– Ответы на многие наши вопросы относительно Анны Беркшир. Ответы, которых теперь у нас нет, – угрюмо добавил Амос.
– Будем надеяться, мы сможем найти их каким-нибудь иным способом.
Похоже, это замечание нисколько не подбодрило Декера.
Принесли заказ, и они молча принялись за еду. Доедая жареную картошку, Алекс простонала:
– Мне придется целую неделю делать зарядку, чтобы это компенсировать.
– У Анны Беркшир был портфель акций стоимостью в двадцать миллионов, – сказал Декер, глядя на нее. – Тодд проверил.
– Черт возьми! – пробормотала та, облизывая соль с пальцев.
– Все дело в том, что для финансовых расчетов нужны номер системы социального страхования и достоверные личные данные. И все это у Беркшир проверили – по крайней мере, достаточно тщательно для того, чтобы она смогла открыть счет в финансовой фирме.
– Она там ни с кем не встречалась?
– Тодд это также изучил. Поскольку Беркшир была держательницей столь большого пакета акций, ей выделили отдельного человека, личного финансового консультанта, однако, по его словам, он встретился с ней всего один раз. Счет она открывала в отделении на Западном побережье. А проценты и дивиденды поступали напрямую на ее счет. И с этого счета Беркшир производила все оплаты. За квартиру и машину она расплатилась наличными, поэтому ее ежемесячные расходы были не такими уж и большими. Доходы от инвестиций покрывали всё, и еще прилично оставалось.
– Наверное, это очень здорово, – с тоской промолвила Джеймисон. – Как я уже говорила тебе, когда в конце месяца подвожу баланс, я вижу одни нули. Не представляю себе, куда уходят деньги. Честное слово.
– Ну, нам известно, куда уходили деньги Беркшир. Свой инвестиционный портфель она открыла примерно восемь лет назад, с десятью миллионами долларов. Последующих вложений больше не было. Значит, за этот срок ее капитал более чем удвоился, даже несмотря на побочные траты на машину и квартиру. Тодд сказал, что такое вполне возможно, поскольку последние семь-восемь лет фондовый рынок переживает стремительный рост. Судя по всему, Беркшир вложила деньги в такие перспективные компании, как «Эппл» и «Гугл», а позднее и «Фейсбук». Все они за этот период сильно выросли.
– Что ж, везучая, – заметила Джеймисон.
– Не такая уж и везучая, раз ее убили. Главное то, что стартовым капиталом Беркшир стала какая-то крупная сумма. Насколько мне известно, закон бдительно следит за тем, чтобы крупный инвестор показывал происхождение своих денег. Если б кто-нибудь заявился в серьезную инвестиционную компанию с десятью миллионами и захотел открыть счет, ему пришлось бы ответить на множество вопросов и объяснить, откуда взялись средства.
– Ты хочешь сказать, что это борьба с отмыванием грязных денег?
Декер кивнул.
– Так что капитал Беркшир предположительно прошел тест на запах. По крайней мере, если верить Тодду. Судя по всему, все документы у нее были в порядке. Вот только когда Тодд присмотрелся пристальнее, сведения, указанные в этих документах – например, прежний адрес Беркшир, – оказались ложными.
– И финансовая фирма это не заметила?
– Не думаю, что там документы изучали так же тщательно, как в ФБР. Я хочу сказать, вряд ли фирма стала копать глубоко ради того, чтобы отклонить счет в десять миллионов.