– Джулис сказала, что вы хотите поговорить о Корбетте?
– Может быть, мы пройдем в дом? – предложила Джеймисон.
– Пожалуй, – рассеянно произнесла Натали и отступила в сторону, освобождая дорогу.
Натали провела гостей в библиотеку и закрыла за ними дверь. Джеймисон и Декер уселись на диван, а она села напротив, уставившись в пол.
– Мама еще не вставала.
– Всё в порядке, мы не будем ее беспокоить, – сказала Алекс, оглядываясь на Амоса.
– Нам известно об игорных долгах, – сказал тот. – И о том, что ваш отец достал деньги, чтобы с ними расплатиться.
– О господи! – Закрыв лицо руками, Натали начала всхлипывать.
Встав, Джеймисон подошла к ней, села рядом и обвила рукой дрожащее тело, бросив хмурый взгляд на Декера.
Натали судорожно глотнула воздух.
– Все в порядке? – спросила Алекс.
Сунув руку в карман, Натали достала ингалятор, дважды быстро прыснула себе в рот, и ее дыхание тотчас же вернулось в норму.
– Все хорошо. Астма, – добавила она, показывая ингалятор. – У нас у всех астма, кроме папы. Она досталась нам от мамы.
Откинувшись на спинку кресла, женщина закрыла глаза, дыша глубоко и ровно.
Вернувшись на диван, Джеймисон шепнула Декеру:
– По-моему, тебе нужно быть помягче.
Тот подождал, когда Натали совладает с собой. Наконец она медленно выпрямилась, насухо вытерла глаза поясом халата и посмотрела на него.
– Я не знала, к кому еще обратиться, – раздраженно произнесла Натали. – Они угрожали убить Корбетта. Угрожали убить всех нас.
– Вы знали об игорных пристрастиях мужа? – спросил Декер.
– Я не подозревала о масштабах. И не знала, что он связался с такими людьми, которые не задумываясь пойдут на убийство.
– Вы уверены, что впредь такое больше не повторится? – спросила Джеймисон.
– Корбетт перепугался до смерти. Но на самом деле сейчас мне уже все равно. Я с ним развожусь. Из-за него я потеряла отца. Я его ненавижу. Ненавижу всеми фибрами души. Мы с дочерью возвращаемся в Штаты. Мне просто нужно определиться, где жить.
– Вам известно, где ваш отец достал деньги?
Натали покачала головой.
– Я знаю, что они с мамой люди состоятельные. И все-таки сумма была огромной.
– Десять миллионов, как нам известно, – сказал Декер.
Натали кивнула.
– Я не думала, что у них есть такие деньги наличными. Но, может быть, если б они продали дом и еще что-нибудь…
– И вы полагали, что ваш отец пойдет на это? – спросил Декер. – Продаст все, что у него есть? Все, ради чего он работал?
– Я… не знаю. Наверное, я не могу сказать, чего ожидала от папы. – Натали помолчала. – Когда я была маленькой и у меня случались какие-либо неприятности, отец всегда все улаживал. Всегда. Любые неприятности. Наверное… наверное, я к этому привыкла.
– Это работает, когда падаешь с велосипеда и разбиваешь коленку, а тебя гладят по головке и говорят ласковые слова, – твердо произнес Декер. – Но вы уже не ребенок, Натали.
– Знаю, – глядя ему в лицо, сказала она. – И я не хочу, чтобы ФБР читало мне нравоучения, хорошо?
– Значит, отец ничего не сказал вам насчет того, где собирается раздобыть деньги?
– Да. Он просто сказал, что обо всем позаботится.
– Как он переправил деньги? – спросила Джеймисон.
– Кажется, переводом. Но точно не могу сказать. Я просто знаю, что Корбетт их получил. Он сам мне об этом сказал. Для него это явилось таким облегчением…
– Не сомневаюсь в этом, – резко промолвил Декер. – Итак, когда вы услышали о том, что случилось с вашим отцом, о чем вы подумали?
– Я даже не знала, что думать. Я решила… решила, что папа, наверное, сломался. Когда Джулис позвонила мне, она была такой спокойной и деловитой… Как всегда, – презрительно добавила Натали. – Но я поняла только то, что папы нет в живых, что он застрелился. Даже о той женщине, которую он убил, я узнала только тогда, когда приехала сюда, хотя Джулис утверждает, что говорила мне о ней. Наверное, это просто не отложилось у меня в сознании. Я не такая хладнокровно-деловая, как моя старшая сестра.
– Вы не думали, что поступок вашего отца как-то связан с тем, каким образом он достал деньги? – спросила Алекс.
Натали подавленно кивнула, и у нее по щекам потекли слезы.
– Я подумала, что это несомненно связано. И поняла, что я виновата во всем. Я напилась в самолете по пути из Франции. Приехав сюда, продолжала пить. У меня в памяти мало что сохранилось.
– Вижу, вы очень помогли своим родным, – строго заметил Декер.
– Послушайте! – отрезала Натали. – Я вовсе не горжусь собой, понятно? Так что можете приберечь свое высокомерие для кого-нибудь другого. А если вы будете и дальше продолжать в том же духе, я вам ничем не стану помогать!