— Прошу нас простить, сэр Джон, мы вынуждены откланяться. Необходимо еще навестить семью сэра Найджела, принести наши соболезнования…
— Похвально, весьма похвально, — закивал толстяк, не сводя с Уильяма недовольного взгляда. — Тогда я загляну в особняк к вечернему чаю? Продолжим эту беседу.
— Конечно, сэр Джон, приятного дня.
Я снова ущипнула брата, чтобы он пробормотал пару слов на прощание, и утянула его к ближайшему экипажу.
— Тесс! — воскликнул он, когда я буквально заволокла его внутрь. — Опусти же, мне больно.
— Тебе будет гораздо больнее, когда тебя станут пороть розгами в Бедфорде каждую субботу, — мрачно прошипела я, взглянув в окно. — А с твоим несдержанным языком, может, и чаще.
Толстяк-опекун стоял на том же месте и смотрел нам вслед. Дьявол.
— Что ты говоришь? — у него задрожала нижняя губа, и я себя одернула.
Воспитательница из меня получилась препаршивая.
— Зачем, вот зачем ты полез с ним спорить? — с отчаянием спросила я.
Уильям как-то сгорбился, опустил плечи и склонил голову.
— Я хотел заступиться за тебя… — угрюмо сообщил он своим коленям.
Я вздохнула, пересела к нему поближе и обняла одной рукой.
— Я понимаю, но мы же не раз с тобой говорили, не стоит показывать характер людям, от которых ты зависишь. Опекун сильнее тебя, понимаешь?
— Но я лорд Толбот!
Ох уж эти аристократические замашки!
— А он человек, который имеет право распоряжаться тобой и твоим имуществом до твоего совершеннолетия, — поучительно произнесла я.
От собственной правильности меня начало подташнивать, но выбора не было. достаточно плохо, что нам придется иметь дело с сэром Джоном в качестве опекуна. А если у меня под боком будет тикающая бомба в виде маленького берсерка Уильяма… то я только и буду, что оттаскивать его от толстяка.
А я должна придумать, как нам жить дальше.
Уильям пыхтел и сопел, не желая сдаваться и признавать мою правоту. Гордость не позволяла ему сделать это. А совесть не позволяла проигнорировать мои упреки.
— Прости, Тесс, — он вздохнул. — Но он… он такой мерзкий!
— Я знаю, — я погладила его по голове. — Именно поэтому мы должны быть очень, очень осторожны с ним. Понимаешь? Ты ему сказал лишь слово поперек, а он уже пригрозил сослать тебя в школу на другом конце страны.
— Я не хочу уезжать! Я не поеду!
— Уильям! — мне пришлось резко повернуться и сжать его локти. — Не смей и заикаться об этом при опекуне, это понятно? Сейчас у нас есть время до начала нового триместра. Но если ты будешь дерзить и перечить, он отправит тебя в тот же день!
Вновь раздалось пыхтение и яростное сопение. Затем мальчишка обмяк и потер ладонями глаза.
— Я обещаю, — уныло шепнул он.
Я вздохнула и откинулась на сидение. И нескольких часов не прошло с минуты, как наша жизнь круто переменилась, и внутренний голос нашептывал мне, что это лишь начало.
— Мы, правда, поедем к семье сэра Найджела? Как ты сказала толстяку? — брат заговорил спустя некоторое время.
Я усмехнулась. А еще мне замечание делал.
— Конечно.
— Но зачем?
— Хочу поговорить с его вдовой. Узнать подробности… его смерти.
— Зачем тебе это? — он смешно нахмурился.
Я небрежно пожала плечами. Не буду забивать голову мальчику. Я и так рассказывала ему больше, чем должна была, и вот куда это привело.
— Так нужно. И я поеду одна. Ты останешься дома и очень хорошо подумаешь над тем, как будешь вести себя с нашим опекуном вечером, когда он приедет на чай.
— Тесс!
Конечно же, он принялся возражать и упрашивать меня, но тут я проявила твердость. Нечего ему там делать, не нужно ничего слушать. Уильям ребенок, каким бы взрослым ни пытался казаться. Сболтнет что-то лишнее в присутствии толстяка, и меня отправят замуж быстрее, чем его — в закрытый пансион для мальчиков.
И потому я оставила Уильяма дома и отправилась в дом покойного сэра Найджела, еще не зная, что встреча с его вдовой откроет для меня гораздо больше, чем я могла ожидать.
Леди Клаттон, вдова сэра Найджела, встретила меня очень тепло, несмотря на мой внеурочный визит. Уже направляясь в ее дом, я подумала, что с моей стороны будет наглостью явиться без приглашения и не предупредив заранее. Но отказываться от идеи уже было поздно, поэтому я поехала на свой страх и риск.
Но мои опасения себя не оправдали. Леди Клаттон напоила меня чаем и накормила бисквитами, а еще была тронута тем, что я надела траур по ее мужу.
Жаль, я не могла ей объяснить, что сэр Найджел был, по сути, единственным хорошим человеком, который мне встретился в этом мире.