ХОТИТЕ УВИДЕТЬ ВИЗУАЛЫ ГЕРОЕВ? ЗАХОДИТЕ В ТГ-КАНАЛ 🦋 Авторские заметки || Аля Драгам 🦋
Пожалуйста, не пожалейте для истории звёздочку около названия ☀️☀️☀️ Этот ценный ресурс вкусно кормит Муза и поднимает ему настроение 🦔
Глава 03.
Августа.
— Что здесь произошло?
Превозмогая боль, встаю и шатаясь иду к Карине. Она кажется мне целее остальных, а ещё явно нуждается в поддержке.
— Карин, кто стрелял и кто устроил пожар?
— Не знаю, — Каро выставляет вперёд ладони, и они дрожат. — Всё началось очень резко. Я как раз прощалась со всеми, когда за дальними столиками кто-то заорал и выстрелил. А потом… Потом…
Она машет рукой в сторону бара, и я с ужасом замечаю то, чего не видела раньше.
Там лежит тело, накрытое когда-то белой скатертью. Сейчас ткань в расползающихся бурых пятнах, а из-под неё выглядывает…
— Коля, — произношу помертвевшими губами, узнавая набитую барменом татуировку. Это какой-то символ вечной жизни с мудрым изречением ещё более древнего философа. — Он…
— Он успел вызвать ментов, за это они… Я всё видела. В него стреляли в упор несколько раз, Ав. Я была рядом. Совсем рядом, пряталась внизу. Когда он упал, его кровь текла под мои ноги, а глаза так страшно смотрели на меня. Не мигая.
Обнимаю подругу за плечи и прижимаюсь к её виску своим. Больше никакие слова не нужны. Неизвестно, что и кто не поделил, устроив бойню, но от их действий пострадали невинные люди.
Присмотревшись, я различаю среди разбросанных вещей ещё несколько трупов, также прикрытых тряпками.
Нас с Кариной допрашивают первыми и отпускают, взяв несколько подписей. Мне советуют из клуба ехать сразу в больницу, но я сажусь за руль своей старенькой машинки и бездумно смотрю в лобовое стекло.
Кто-то проходит мимо, кто-то останавливается рядом, кто-то что-то спрашивает, а я всё сижу и смотрю в одну точку. И только входящий звонок телефона приводит меня в чувство.
Надо же, я ведь и не помню, как он тут оказался вместе с моими вещами и сумкой…
Нажимаю зелёный кружочек и слушаю звонкий голос сестры, собирающейся выезжать ко мне. Не дотерпев до встречи, Кира делится своими новостями и жадно слушаю всё, что происходит у неё, чтобы забыться от своего кошмара. Чувствую, что подкатывает тошнота и начинает ломить виски́. Пальцы теряют чувствительность от подступающей панической атаки. Я была знакома с ней раньше исключительно в теории.
Начинаю часто дышать, и быстро отбиваю вызов, соврав сестре, что нахожусь за рулём. Я действительно за рулём, но, чтобы тронуться с места мне приходиться выжать из себя все резервные силы.
Может быть, совет поехать на осмотр был верным — чувствую я себя паршиво. Кире бы хватило бы любой придуманной причины, по которой меня могло не оказаться дома. Я могла солгать о простуде, срочном заказе или даже свидании. Но я упорно еду домой, чтобы встретить сестрёнку и прижать её к себе. Чтобы почувствовать родное тепло, чтобы увидеть её улыбку.
Тщательно слежу за дорогой и знаками, время о времени сбрасывая скорость, чтобы откашляться. Рёбра болят, а лёгкие горят как при затяжном бронхите. Мысленно обещаю себе завтра же записаться на платный приём в любую клинику, и сворачиваю в посёлок, где живу.
Мне надо проехать до конца улицы и свернуть направо, но я путаю поворот и чуть не влетаю в зад стоящей на проезжей части машины. Она припаркована аккурат у дома Сашки. У дома, где семь лет никто не появлялся.
Сдаю назад и останавливаюсь под старым кустом акации. Зачем-то думаю о том, что неправильно называть куст так, ведь акация — это дерево, растущее на юге.
Мы часто играли здесь в детстве. И именно здесь впервые поцеловались с Сашкой. Это был не поцелуй даже, а трепетное и осторожное прикосновение, ведь мне было тогда шестнадцать, а ему уже двадцать один год. Он как раз вернулся из армии, менял девчонок, как перчатки, а я почему-то глупо решила, что влюблена в него.
Трясу головой, прогоняя ненужные воспоминания. Слишком уж они загружают мозг ненужными флешбеками. Наверное, это последствия удара, сна и странная машина так влияют на память.
Дожидаюсь, когда из дома выходит мужчина в костюме. За ним семенит молодая девушка с толстой черной папкой в руках.
Не выдержав, дергаю рычажок открытия двери и тут же отдёргиваю руку. Я до сих пор в том латексном комплекте, в котором выступала. На мне нет больше ничего, кроме кроссовок, в которые я сунула ноги на автомате, когда уходила. Но даже кроссовки не мои, а Колины.