Саша сначала немного смутился, даже удивительно, несколько секунд назад излучал счастье, что расстается со мной, но быстро взял себя в руки и сказал, что с самого начала знал, что я дочь Владимира Сергеевича Стрельникова, и не просто так стал со мной встречаться. Больной удар по самолюбию, я уже молчу о своих чувствах, которые жестоко растоптали. Папа пообещал ему перевод в другой ВУЗ и деньги. И он их уже потратил, купил новую машину. Я не выдержала и начала смеяться, мне было так больно, наверное, это нервы не выдержали. Но не каждый в семнадцать лет может перенести такое предательство. Он на меня смотрел как на полоумную. Когда отсмеявшись, я смогла нормально излагать свои мысли, я ему объяснила, что он очень дёшево продался. Надо было просить больше. Он как юрист свое первое дело проиграл. И предприниматель из него тоже не выйдет, потому, как тут тоже папа выиграл. С одной стороны я была благодарна отцу за то, что помог открыть глаза на Сашу. Он оказался алчным, жадным и глупым и я рада, что наши пути разошлись. С другой стороны сердце нельзя выключить и на много лет у меня пропало желание встречаться с кем – то. Всю себя я отдала Жене, у которой в это время начался переходный возраст, доставивший немало хлопот. И чтобы скрыть от папы её делишки, нужно было постараться и немало приложить усилий. Она не делала ничего сверхъестественного, но для Владимира Стрельникова, даже малейшая наша ошибка была поперек горла.
Вот так закончила и, не начавшись, моя личная жизнь в студенческие годы. Саша перевёлся в другой ВУЗ спасибо, что не пришлось видеть этого человека оставшиеся годы моего обучения. Я не смогла быстро его забыть, но расстояние помогло, со временем он ушел из моего сердца, оставив там не приятный осадок. Мы расстались не очень хорошо, наговорили друг другу много не нужного и лишнего. С одной стороны я знаю, что расставаться нужно не так, каждый имеет право на свой выбор и поступки. Кто я такая, чтобы осуждать его выбор? Пусть сам отвечает за них, жизнь все расставит на свои места. Так правильнее реагировать и я старалась так реагировать, но с другой стороны в моей душе, он все равно был предателем. Иногда, мои одногруппники говорили о нем, но меня его жизнь не трогала. Я относилась к нему, как предателю. О котором, не хотела ничего слышать меня задело то, как он со мной поступил. Папа тоже молодец, он мог просто его перевести в другой ВУЗ или в армию на год отправить, да что угодно, у него фантазии и связей хватит. Он специально дал Саше денег, он хотел мне показать насколько Саша продажный. Папе было все равно, что он делает мне больно. Никакие материальные ценности не стоят чувств и любви родного человека, а Сашу я считала самым родным и любимым. Но он променял меня на эти ценности и был счастлив. За эти пять прошедших лет моё мнение не изменилось, а только укрепилось. Я с головой ушла в воспитание Жени и учебу. Мое старание в учебе заметил самый крутой и, на мой взгляд, очень талантливый адвокат во вселенной. Он у нас преподавал, для него преподавать нам, студентам, это хобби и мне единственной он предложил работу. Он честно сказал, что знает, чья я дочь и ему на это наплевать. Он сказал, что из меня выйдет толк. Первый раз в жизни в меня кто-то поверил, и я готова для него свернуть горы. Он назначил мне испытательный срок. Это справедливо. Я не подведу, обещаю, все сделаю, чтобы работать у него я готова выложиться на сто процентов!
Глава 3
Но начал родитель издалека. Как всегда решил выказать мне свое пренебрежение и недовольство. Больше всего его злит, что меня это не трогает. Раньше трогало, но сейчас нет, совсем нет. Женю трогает, но она другая более восприимчивая к критике. Я не специально хотела его злить, просто спорить с ним бесполезно, да и не хочу спорить и что-то доказывать.
-Да, я хотел с тобой поговорить, Света, что на тебе одето? Такое ощущение, что ты живешь в семье оборванцев! Ты что, не можешь одеваться прилично? Я немало денег выделяю на ваше воспитание и одежду.
-Я думаю, что ты меня позвал обсуждать не то, что на мне одето. Вряд ли этот вопрос тебя волнует, вечером, когда ты проводишь свои совещания и тебе не до кого. И я не думаю, что так важно, что на мне одето, когда я нахожусь дома.