— Заехать за тобой утром?
— Я в порядке, Мариш. Не нужно делать круг из-за меня…
— Мне несложно. — И она отключается, не давая мне дальше протестовать.
На душе становится теплее. После общения с Арбатовым забота лучшей подруги воспринимается до слез.
Я снимаю полотенце и встряхиваю влажные волосы. Слышу монотонный звон, который идет через открытое окно с улицы. Похоже на звук погрузчика, когда тот включает задний ход. Я подхожу к окну и вижу эвакуатор. Два рослых парня снимают ярко-оранжевые тросы, которыми закрепили авто.
«Я подарю тебе новую», — в памяти всплывают недавние слова Арбатова.
Я не вижу саму машину, только очертания большого седана: она укрыта фирменным чехлом немецкого гиганта. На крыше имеется большой подарочный бант.
— Конечно, немец, — бросаю безучастно.
В соцсетях роковые красотки всегда хвастаются именно ими.
Не проходит и десяти минут, как в дверь звонят. Я смотрю в глазок и вижу одного из парней, который развязывал тросы.
— Да, — отвечаю через дверь.
— Валерия? Я хочу отдать вам ключи. Мы пригнали машину для вас.
— Мне ничего не надо.
Парень зависает на пару мгновений.
— Но у меня приказ. Я должен вручить ключи вам в руки.
Прекрасно.
Я злым шагом отхожу от двери. Хоть кто-нибудь из окружения Арбатова, включая его самого, понимает русский язык? Знает слово “нет”?!
Я кружу по квартире, чувствуя, что даже дома мне не дают покоя. Я выглядываю то в окно, где по-прежнему стоит эвакуатор, то в глазок. Парень тоже терпеливо ждет. Конечно! У него же приказ.
Интересно, он здесь и заночует?
Удивительное послушание. Или обычный страх? Маринка сказала, что наше начальство боится Арбатова как огня. Я и сама испытала несколько неприятных минут с ним наедине. Он умеет давить. Без повышения голоса, оскорблений или прямых угроз. Ему этого не нужно, Арбатов умеет смотреть так, что на тебя падает гранитная плита.
Я и сейчас ощущаю давление.
— Давайте ключи, — говорю хмуро, приоткрывая дверь.
Мне становится жалко паренька. Он не виноват, что мой бывший муж стал тираном.
— Бак заправлен, — сообщает он с улыбкой облегчения. — Мы поставили так, чтобы было удобно выезжать. Все документы в бардачке.
— Да-да. — Я рассеянно киваю. — А где мой седан?
— Седан? — Парень явно не в курсе.
— Ясно. Спасибо.
Я забираю ключи и закрываю дверь. Ключи тут же летят на комод в прихожей. Им достается доза злости, которую я не знаю, куда деть. Мне не нужны подарки от Вадима. Наоборот, я хочу свою машину. И свою работу вместе с начальством, которое еще вчера недолюбливала. Теперь они мне кажутся милыми родными людьми.
Я больше не трогаю ключи, отмечаю лишь, что угадала марку авто. Как странно смотрится дорогущая иномарка с подарочным бантом в обычном квартале — тоже отмечаю. И пусть пылится, если Арбатову некуда девать деньги. Он точно как-то случайно и молниеносно разбогател, если разбрасывается суммами направо и налево.
На экране ноутбука по-прежнему горит его фотография. Я не свернула окно и теперь “любуюсь” его загорелым нахальным лицом.
— Мне казалось, ты изменился, когда вдруг заговорил о разводе, — говорю, словно он может слышать меня. — Ты тогда стал холодным и грубым, как подменили… Я без слез не могла разговаривать с тобой, а ты ничего не слышал. Но сейчас еще хуже. Я вообще не узнаю тебя. Ни одной черты.
И с этим нужно что-то делать.
Мне нужно придумать, как выбираться.
Как вести себя с новым Арбатовым.
Глава 3
На следующий день я являюсь на рабочее место без опозданий. Марина подвозит меня, за что я ей очень благодарна. Мой жилой комплекс располагается в хорошем тихом месте, будь у него классный маркетолог, квартиры бы тут продавались под слоганом “эко”. Но есть один существенный минус — отдаленность остановок. Без своей машины трудно.
Я отмечаю, что моей машины нет на рабочей парковке. На что лишь фыркаю. Я успокоилась за прошедшую ночь. Правильно говорят, что утро вечера мудренее. Эмоции больше не затапливают меня до предела, наоборот, включилось логическое мышление. Да и шок от появления бывшего мужа прошел, я свыклась и с его “вторым пришествием” и с вызывающим поведением.
Ничего.
Выплывем.
— У твоего бывшего точно зуб на тебя, — произносит Марина после того, как я рассказываю ей, что случилось с моей машиной.
— Зуб мудрости, судя по всему. Спал два года, да вот проснулся и заныл.
Надо приложить лед.