Пайк всё выложил как есть, без прикрас. Слова тяжёлым смогом зависли в воздухе, посреди комнаты. Прошло уже достаточно времени, но командир их не торопил. Сам ещё не знал, что со всем этим делать. Таких заказов отряд никогда не получал. Всё Братство Мечей никогда не получало.
- Лич? – сипло произнёс Лекс.
Титан прокашлялся.
- Тот самый, Штормфольский Лич, который переломил исход великой людской войны?
На лицах соратников легко читался ужас. Страх, что командир скажет «да, верно».
Пайк ничего не сказал, но облегчения это не принесло. Все и так знали, что он никогда не ошибается в таких вопросах.
- Командир, - процедил титан, покрываясь испариной.
- Да, Лекс. Корона заказала Братству найти и убить Штормфольского Лича.
Тишина стала такой тяжёлой, что почти физически давила на плечи.
Первый психанул Тэлиан. Парнишка вскочил с табуретки и направился к выходу, быстро качая головой. Хлопнула дверь. Пайк не сказал и слова. Молча смотрел на оставшихся.
- Сколько платят? - хмуро буркнул Виленал.
- Двадцать пять золотых. Один золотой сразу, остальные – после смерти Лича, - ответил командир.
- Убившему отряду? – уточнил древний.
- Нет. Каждый выживший, - Пайк подчеркнул «выживший», - получит всю сумму.
- А если я просто буду сидеть здесь, в «быке», эль попивать? – встрял Лекс, - а какой-нибудь счастливчик сделает дело?
Пайк кивнул на браслеты.
- Не выйдет.
Кириан всё это время молчала, задумчиво вращая в руках инсигнию Мечей.
- А если мы откажемся? – спросила она, уже предугадывая ответ на свой вопрос.
Командир помедлил. Ему было тошно это говорить, он и не скрывал.
- Тогда наши пути разойдутся. Лишённый инсигнии член Братства будет заклеймён, и более не сможет наняться на службу короне, лорду, градоначальнику или даже торговцу. Дезертиры станут открытым контрактом.
Пайк помрачнел ещё сильнее. Это были не угрозы, просто факт. Каждый был предупреждён, что из Братства просто так выйти нельзя. Но сейчас ситуация была совсем иная.
- Напомню, что у Братства есть ваша кровь. Спрятаться не выйдет, чародеи и рунорезцы выследят, - напомнил командир.
Снова тишина. Скрипнула дверь. Тэлиан вернулся. Подошёл нервной пружинящей походкой. Помолчал, окинув всех свирепым взглядом. Сел.
- Ненавижу вас, - сказал он, скрипя зубами, - Как же я вас ненавижу!
Потом он взял браслет и захлопнул его на левом запястье. Браслет тут же сжался, вцепившись ему в руку. Тэлиан зашипел и выругался. Из-под чёрной побрякушки выступила пара капель крови. Рунная вязь зажглась алым, полыхнула несколько раз, затем потухла.
- Командир, у меня просьба.
Пайк кивнул.
- Я хочу напиться.
Щёлкнул и вспыхнул ещё браслет. Второй древний примерил смертельную побрякушку.
- Я, пожалуй, тоже, - произнес Виленал.
Командир ещё раз кивнул.
Тэлиан и Виленал молча ушли. Скрипнула дверь.
- Мы не какие-нибудь грязные люди! Почему полноценные члены Братства должны надевать рабские побрякушки?! Я не чья-то там вещь! Мы- титаны, свободный народ! И никогда оковы не будут на наших руках! – вспылил Лекс, подрываясь с места.
- Лекс… - заговорила Кириан.
- Захлопнись, ушастая! – рявкнул он, не позволяя вставить слово, - Мне твоё блеяние не интересно!
Окна и стол задрожали. Меж бровей титана заскользила золотая молния.
Командир молча смотрел на Лекса. В его глазах не было осуждения. Титан рассвирепел не без повода. Всё было честно. Честная ярость, заслуженная злоба, обоснованный гнев. У Братства были правила. Свои условия, определённые обязанности. Но нигде, ни в одном трактате, ни в одной традиции не было и слова о рабстве. Братство Мечей – свободные наёмники, связанные узами товарищества и кодексом чести. Ни корона, ни феодалы не были для них указом. Братство никогда не становилось армией определённого Лорда. Свобода всегда была частью Братства, его душой.
Пайк взял браслет, защёлкнул на своём запястье.
- Командир! – процедил Лекс сквозь зубы.
К его голосу добавилась горечь. Предательство. Вот как для него всё выглядело.
Титан развернулся и грохоча, вылетел из комнаты. Потолок хрустнул, за Лексом побежала трещина. Поток невидимого ветра ударил в дверь. Та громко хлопнула и жалобно скрипнула, повиснув на одной петле.
- Командир, он не знает, что делает, - негромко произнесла Кириан.