- Мама? – спросил он.
Звуки потонули в воде. Мысли в голове путались.
- Кись, не уходи. Пошли, папа ждёт, - её голос звучал прямо в голове.
Филипп стиснул зубы. Морок. Он знал, что это был морок, но ему всё равно было больно смотреть на маму.
Фил замахнулся рукой. Метка ожила, запульсировала и разрослась изумрудной сетью по руке, плечу и шее. Щёку обожгло. Его снова наполнила ярость.
- Прочь!!! – закричал он.
Слова вырвались и звук пробил толщу воды, раздвинув её в стороны. Монстр, что притворился его мамой в ужасе отпрянул, зашипел, как вытащенная на свет нежить. Филипп больше не медлил. Сокрушительный удар пришёлся чудовищу прямо в лицо. Монстр отпустил его ногу и отлетел в сторону, барахтаясь в воздухе. С глухим треском раскололся череп. Вместо крови из раскроенной головы хлынула склизкая тьма.
Филип проводил взглядом исчезнувшую во мраке фигуру. Вспыхнувшие огнём лёгкие напомнили, что вода снова сомкнулась над его головой. Фил поплыл к поверхности. Вынырнув, он жадно вдохнул. Холодный воздух затушил пламя в груди, по телу прокатилась волна облегчения.
Филиппа встретил объятый ночью лес. Высокие стволы широких деревьев уносились вверх, скрываясь в беззвёздной мгле. Недолгую тишину, прерываемую редким стрекотанием сверчков в дребезги разнёс женский крик. Следом послышался звонкий удар, рычание и звон стали.
- Бравилиан, мы же договорились! – раздался голос Тэлиана.
Филипп аккуратно вылез из покрытого кувшинками озера на устеленный травой берег. Поднялся на ноги, и присев, тихонько покрался, ориентируясь на голоса.
- Да, конечно, брат, конечно договорились, - раздался второй голос, с хрипотцой, - и я выполнил свою часть сделки.
Глухой удар. Сдавленный крик и стон. Женский плачь.
Филипп ускорился, подбираясь всё ближе и ближе. Ярость испарилась вместе с монстром, что пытался очернить память о его матери. Теперь голову заполняло нечто холодное и расчётливое. На языке вертелось «инстинкт».
- Как ты смеешь нарушать договор! – вскрикнул Тэлиан.
- Нарушать? Я отпустил тебя, и твою подстилку с венчания, выпустил из замка, - ответил ему Бравилиан, - Но мы не договаривались, что я отпущу вас с миром.
- Что?!
- Сам посуди, зачем мне маячащий за спиной законный наследник?
- Я же сказал, что не буду тебе мешать! Фамила милосердная, я помог организовать тебе убийство отца!
Филипп подкрался совсем близко и притаился за толстым стволом дерева. Украдкой выглянув, он приметил пятёрку воинов, во главе с крупным коротко стриженным эльфом. На его изрезанном шрамами лице плясала в языческом танце тени от факелов. Глаз, единственный целый, с искрами торжества и нескрываемого удовлетворения смотрел на сидящего в грязи младшего сына Ауритэля Меналара – герцога Вудпика. Тэлиан, окружённый, злобно оскалившись, смотрел на старшего брата с ненавистью. К себе он прижимал свою возлюбленную. Фира испуганно закрыла глаза и вжалась в Тэлиана.
- Верно, - выпятил губу Бравилиан и покивал, словно прозвучало нечто очевидное, - Я тебе даже больше скажу. Ты сам всё организовал.
Освещённое факелами лицо Тэлиана исказилось в удивлении. Затем, спустя мгновение, его осенило. Лоб прорезала морщина.
- Как ты можешь так со мной поступать… - процедил он.
На глазах Тэлиана выступили слёзы.
- Ты же мой брат!
- Да, - кивнул Бравилиан, - А покойный герцог – твой отец. Только вот тебя это не остановило.
- Но ты же сам предложил! – попробовал возразить Тэлиан.
Один из воинов подошёл и ударил его наотмашь.
- Ради какой-то девчонки, ты убил нашего дражейшего папеньку, - покачал головой Бравилиан, - И главное, зачем? Почему ты просто не женился бы на этой страхолюдине-варварше, а потом бы трахал свою девку сколько душе угодно. Бедолага Тэлиан. Ты всегда был неосмотрительным. И вот к чему тебя это привело.
Бравилиан кивнул воинам. Те занесли мечи. Их лица и тела, объятые тенями, уже давно перестали напоминать человеческие, сменились на безмолвные, щербатые сгустки тьмы. Мечи расплывались, теряли очертания, начали извиваться, словно толстые щупальца. У Бравилиана за спиной раскрылись кожистые крылья, голову опутывали змеи и черви, сцепившиеся в обруч на манер короны.