Беспорядки в декабре 1306 года. Король осажден в Тампле
Летом и осенью 1306 года происходил захват и продажа еврейского имущества, владельцы которого укрывались в соседних странах, а король продолжал охотится. Он даже получил ранение ноги при падении с лошади, что не позволило ему принять участие в церемониях 25 августа в честь Людовика Святого в Сен-Дени. В ноябре о нем сообщают, что он находился в лесах Нормандии, в Неф-Марше. В декабре он находился в Париже. Население, пострадавшее от денежной корректировки, принятой в июне и вступившей в силу в октябре, восстало, и король был вынужден укрыться за стенами Тампля.
Действительно, мера по переоценке монеты была жестокой. Проведенная по требованию буржуа и дворян, кредиторов и помещиков, а значит, и всех "богатых" в целом, она сильно ударила по должникам и арендаторам. Стоимость одного су была умножена на три; грош теперь стоил 13 восьмых денье вместо 42 полуденье. Должники и арендаторы, чьи договоры были заключены до переоценки, должны были заплатить в три раза больше денег. Поскольку почти все городские договоры аренды были заключены в облегченных деньгах, а платить теперь приходилось полновесными, это означало увеличение арендной платы в три раза. Арендаторы были в ярости, как против буржуа, которые предупредили об этих изменениях, так и против короля и его Совета, который принял это решение. "Жители Парижа, особенно бедные и простые люди, которые снимали свое жилье в аренду, из-за этого повышения арендной платы в три раза устроили бунт, сначала против владельцев домов, а затем против короля", — писал хронист Жан де Сен-Виктор. Это действительно было восстание простого народа, что подтверждает анонимная хроника: "Некоторое количество простых людей, красильщики, ткачи, трактирщики и работники других профессий пришли в движение и образовали лигу".
30 декабря бунтовщики собрались и блокировали короля в Тампле, требуя, чтобы он вышел обсудить применение переоценки денег. Когда он отказался, они заблокировали выходы, не позволяя проносить припасы. У них явно не было средств для штурма крепости, которая могла продержаться долгое время. Поэтому они решили отомстить, разграбив дом Этьена Барбетта, богатого буржуа, которого они обвинили в том, что он консультировал короля в этом деле. Его дом находился в нескольких сотнях метров к югу от Тампля. Он был разграблен и опустошен. Наиболее точный отчет о событиях дает хроника продолжателя Гийома де Нанжи: "По случаю изменения монеты в Париже возникла катастрофическая смута. Жители этого города старались сдавать свои дома и получать плату за аренду в новых деньгах, согласно королевского указа; множество простого народа находило, что это очень дорого, втрое дороже обычной цены. Наконец некоторые люди из народа, объединившись со многими другими против короля и против буржуа, с большой поспешностью направились к Тамплю в Париже, где, как они знали, находился король. Но не сумев добраться до него, они тут же захватили, насколько смогли, входы и выходы из Тампля, чтобы к королю нельзя было принести никакой пищи. Узнав, что Этьен Барбетт, богатый и влиятельный гражданин Парижа, управляющий чеканкой монет и дорогами города, был главным советником постановления об аренде домов, и [лакуна] выступив против него с жестокой яростью, они сначала с единодушной яростью бросились опустошать дом, полный богатств, которым он владел за воротами города, в Фобуре, недалеко от Сен-Мартен-де-Шам".
Положение короля было унизительным: он был осажден в собственной столице парижанами, которые поставили под сомнение важное решение его правительства. Хуже того, он находился даже не в своем дворце в Сите и не в Лувре, а под защитой тамплиеров, которым он не доверял и о которых слышал мрачные истории о разврате, богохульстве и ереси. Способствовало ли это вынужденное пребывание его решению упразднить орден тамплиеров? Некоторые думали так. В своей монументальной Histoire de France (Истории Франции) в 1755 году аббат Велли даже написал, что "некоторые утверждают, что тамплиеры имели большое отношение к этому восстанию парижан и об этом говорили вполне свободно; что монарх был настолько возмущен этим, что решил уничтожить их; что с тех пор было принято решение об упразднении их ордена". Не заходя так далеко, чтобы утверждать, что тамплиеры спровоцировали бунт, другие предполагают, что они мало сделали, чтобы защитить короля, который чувствовал себя униженным, оказавшись в их власти, а Мишле вскользь замечает, что "это, несомненно, была возможность для него полюбоваться этими сокровищами ордена, ведь рыцари были слишком уверены в себе, слишком горды, чтобы что-то от него скрывать". Это чистые домыслы, не основанные ни на одном документе. Однако в исследовании, опубликованном в 2010 году, испанский историк Игнасио де ла Торре напоминает нам, что в Парижском Тампле помимо королевских сокровищ хранились сокровища тамплиеров, и что последние должны были быть впечатляющими, если судить по количеству монет, найденных в других командорствах во время арестов 1307–1308 годов: 7.000 барселонских су в Миравете (226 килограммов серебра), 120.000 безантов в Лимассоле (461 килограмм серебра) и 50.000 фунтов стерлингов в Лондоне (18.375 килограммов серебра). Во время допросов в 1308 году один из тамплиеров заявил, что Великий магистр привез в Париж 150.000 флоринов, или 600 килограммов золота, из своей последней поездки. В конце декабря 1306 года у короля было достаточно времени для размышлений о сокровищах тамплиеров, и эти размышления могли наводить его на определенные мысли, поскольку ему не хватало драгоценных металлов для проведения денежной реформы.