Наконец он быстро стаскивает меня с кресла, садит на колени. Я беру его разгоряченный член в руки и начинают энергично мять, второй рукой в это время ублажая себя. Артур начинает дышать чаще. Я беру в рот головку члена и чувствую, что парень взорвется совсем скоро. За мгновение до этого открываю рот и вытаскиваю язык. Негласное правило фильма. Кончать надо на лицо. Мне это нравится. Я чувствую себя развратницей. Нестерпимое ощущение жажды секса. Оно сжигает меня.
Артур вздыхает и горяча струя бьёт мне в верхнюю губу. Я коже кончаю. Меня прошибает разряд, я заглатываю фаллос парня полностью, по самые яички, вытаскиваю, наслаждаясь моментом.
- Я полагаю, этого наказания будет вполне достаточно, - сдавленным голосом произносит Артур.
- Спасибо! – отвечаю я, облизывая мокрые пальчики.
- Завтра зайдите ко мне еще раз.
- Хорошо, - произношу я. Краем глаза смотрю на Марка. Тот довольно кидает. Снято.
- Молодцы, ребята! Отлично получилось! – наконец произносит продюсер. – Олег, у тебя как картинка получилась?
- Нормально, все снял, - отвечает тот. Штаны между ног у него вздыблены. Жарко было не только нам. А вот Марк равнодушен. Он женскому полу предпочитает мужчин и с большим интересом сейчас смотрит на Артура, нежели на меня. Но в рамах приличий. За долгие годы своей работы он привык разделять бизнес и свои желания. Поэтому и преуспел в нем очень хорошо.
- Тиночка, ты как всегда выше всяких похвал, - Марк помогает мне подняться. – Иди пока в душ, через пол часа другая сцена. В комнате костюм висит, там халатик, нижнее белье. Надень, в роль пока войди.
Я привычно киваю головой. В съемочных день обычно делают по несколько сцен сразу. Порой и вовсе весь фильм снимают. Есть время перевести дыхание, попить водички, принять душ. А потом… опять эта приятная истома!
- У вас хорошо получилось, - раздался дрожащий голос за спиной, выводя меня из приятных воспоминаний о недавней сцене.
- Что? – оборачиваюсь я.
Олег. Мнется, нещадно теребит рукав, покраснел, взгляд прячет.
- Я говорю, что вы отлично сыграли.
Я уже привычна к этому. Многие новички из съемочной группы считают, что если я на камере беру в рот у любого, то заодно и их могу обслужить. И этот туда же. Только стеснительный очень. Некоторые прямо в открытую заявляют. За что и получают по морде. Ладно, этому не буду грубить. До самого, надеюсь, дойдет. Вроде из понятливых.
- Очень хорошо сыграли, - повторяет тот.
- Это не игра, это моя жизнь. - Отвечаю ему и ухожу в душ, оставляя его наедине с самим собой и вздыбленными на промежности штанами.
ГЛАВА 2. ПРОИЗВОДСТВЕННЫЕ ТРАВМЫ И ТЕЛЕФОННЫЕ ЗВОНКИ
Вторую сцену отсняли так же хорошо. И третью. И четвертую. Пришла домой уже под вечер, дико уставшая. Сняла все с себя, осталась абсолютно голая. Налила апельсинового сока, сделала тост. Откусила кусок да так и плюхнулась на диван, вместе с тостом во рту. Включила компьютер. Пока ждала, когда тот загрузится, тренькнул сотовый. Посмотрела. Пришла заветная эсэмэска. Марк, мой милый Марк, такой исполнительный, перевел деньги за съемку. С него не надо выпрашивать. Платить каждый день. Кругленькая сумма. Завтра еще будет день съемок. Потом – только через неделю. Там уже другой режиссёр - Петро. Этот может и задержать с деньгами, хотя никогда не обманывал с выплатами. Петро любит по жёстче. Фильмы – не его конек. Он больше по клипам. Одна сцена – один клип. Продажа на соответствующие сайты. А мне без разницы. Лишь бы деньги платил.
Жить со съемок в порно можно. Платят хорошо. И вполне безбедно, ни в чем себе не отказывая. К примеру, свою квартиру-студию в сто квадратов я купила за собственные деньги. Да, тут в самую пору всем завистникам сказать «насосала». Верно, насосала, и не только. Улыбаюсь и живу дальше. Собака лает, каравану глубоко фиолетово на это. На то они и завистники.
Но только, как и любой труд, съемки в порно тяжелы. Только дилетант может воскликнуть – чего же тяжелого? Раздвигай ноги – и все. Могу лишь ответить, что по такой логике разгружать баржу с углем тоже ничего сложного – бери лопату и кидай, пока все не перекидаешь.