— Давай попробуй!
Чило Монтойя взвесил в руке пистолет и взвесил в уме вызов. С одной стороны, он крупнее и тяжелее жука, но с другой — у него всего четыре конечности, а у насекомовидного восемь. Поскольку мышцы жука были спрятаны под хитиновым экзоскелетом, определить на глаз, насколько он силен, не представлялось возможным. Чило знал: мелкие насекомые, к примеру муравьи, способны перетаскивать вес намного больше своего собственного, но ведь это не значит, что такая способность возрастает пропорционально размерам. Зато короткое время, которое они провели вместе, Чило ни разу не видел, чтобы транкс отшвыривал бревна или валил деревья.
Человек медленно спустил на землю рюкзак. Неподалеку протекал ручеек. Рекой его назвать было нельзя, однако в одном месте ручеек разливался довольно приличным озерком. Для демонстрации сгодится.
Когда Чило приблизился, транкс начал раскачиваться из стороны в сторону, вверх и вниз, и человеку пришлось иметь дело с движущейся мишенью. Когда Чило попробовал зайти сзади, Дес развернулся на четырех ногах и вновь оказался к нему лицом. Чило попытался стукнуть противника кулаком, потом схватил транкса за вытянутую стопоруку — но конечность тут же отдернулась, а другая стопорука резко ударила человека по запястью. Удар оказался куда болезненнее, чем ожидал Чило, и вор инстинктивно отпустил транкса.
— Ну? — вызывающе бросил Десвендапур, одновременно пытаясь запомнить наизусть как можно больше новых строф. Потрясающе! Ему даже в голову не приходило, что стычка вполне может закончиться увечьем.— Ты же вроде собирался швырнуть меня в реку!
Чило продолжал кружить вокруг инопланетянина, ища уязвимые места. Но у транкса имелось восемь конечностей, чтобы защищаться, и Чило понял, что найти такое место будет нелегко.
— Да, ты шустрый, ничего не скажешь. Ты можешь вывернуться из захвата и, возможно, даже отбить удар — а как насчет этого?
И вор ринулся прямо на транкса, вытянув руки. Тот попытался увернуться, но Чило бросился в ту же сторону. Он прошел достаточно драк в темных переулках и заброшенных зданиях, и обмануть его было непросто. Чило обхватил транкса за нижнюю часть груди и опустил голову как можно ниже.
В лицо ему ударил запах духов. Плечи Чило не давали более слабым иструкам распрямиться и схватить человека, в то время как стопоруки вцепились ему в спину, пытаясь оторвать землянина от противника. Но тщетно: конечностям транкса не хватало силы. Выпрямившись, Чило оторвал инопланетянина от сырой земли и зашагал к ручью.
Однако не успел он сделать и двух шагов, как все четыре ноги ударили его в живот. Монтойя задохнулся, выпустил ношу, шагнул назад, споткнулся, с размаху сел на землю и скорчился. Отпущенный транкс упал на бок. Подергал ногами, вскочил и снова бросился на человека. На этот раз все четыре передних конечности тянулись вперед.
Чило дождался, пока транкс схватит его за рубашку. Потом вскинул руки и вцепился в стопоруки противника. Неподатливый хитин был гладким и скользким на ощупь. Чило поднял правую ногу, уперся в середину брюха инопланетянина и кувыркнулся назад, толкнув ногой. Транкс перелетел через голову человека и грохнулся на спину.
Чило перекатился по земле и, задыхаясь, поднялся на ноги. Лежа на спине и брыкаясь всеми восемью лапами, инопланетянин был до ужаса похож на перевернутого краба или паука. В конце концов ему удалось подвернуть под себя две ноги, он оттолкнулся, перевернулся и снова встал. Поднял одну иструку, чтобы пригладить растрепавшиеся усики. Непохоже, чтобы транкс был ранен, но, с другой стороны, кто его знает! На твердом хитине синяков и ссадин не бывает.
— Ну что, хватит с тебя? — прохрипел Чило, нагнувшись и уперевшись рукой в правое колено.
Десвендапур знал технику рукопашного боя — когда-то ходил нат ренировки,— но с последствиями такого боя их не знакомили совершенно. Спортивные занятия в кругу вежливых, доброжелательных соплеменников — одно дело; а когда тебя швыряют с размаху на твердую землю — совсем другое! Все тело болело, с головы до ног. Но если повествование об этом экстраординарном переживании не завоюет высшей награды на поэтическом конкурсе, тогда Дес может бросить поэзию и до конца жизни остаться приготовителем пищи. Переживание оказалось воодушевляющим, потрясающим и — да, вдохновляющим!
— Давай устроим перерыв на одно времяделение, если можно. Пожалуйста. Мне необходимо все записать!