«все то, что есть тут в бытии, есть тварь, и она никогда не может стать субстанционально божественной» (Форма. Стиль. Выражение. С. 251).
Но человек как такая тварь, не будучи Богом по своей природе, по святоотеческому учению, призван стать богом по благодати. Излагая это учение, в вúдении свт. Григория Паламы, А.Ф. Лосев пишет:
«Человек – тварь, следовательно, он – не Бог по существу и не может стать таковым. Но человеку сообщима энергия Божия, которая есть Сам Бог. Следовательно, человек есть бог – уже по причастию, стало быть, и по благодати, а не по сущности, и – может, должен стать им, т.е. энергийно стать, неотличимо отождествиться с Ним по смыслу, имея единственное отличие от Него – по сущности, по субстанции, по бытию» (Очерки античного символизма и мифологии. С. 867).
См. обоснование единственности Боговоплощения в абсолютной диалектике и абсолютной мифологии: Миф. Число. Сущность. С. 214.
21. Сводка всего предыдущего анализа
С. 170.* «Сведем теперь все… к свету смысла».
В понимании А.Н. Портнова, построенная А.Ф. Лосевым
«иерархия выраженности имени – от абсолютного меона до высших ступеней интеллигенции и апофатизма – предстает как лестница восхождения к вершинам анти-хаоса» (Портнов А.Н. Язык и сознание. С. 333).
С. 172.* «…рождение и исток… агеннесийный момент…».
См. следующее пояснение данного фрагмента у самого А.Ф. Лосева:
«В „Философии имени“ я назвал первый момент триады, с интеллигентной модификацией, моментом агенессийным (αγεννησις – нерожденность), второй – геннесийным (γεννησις – рождение) и третий – пневматическим (πνευμα – дух), который может быть назван более специально экпоревтическим (εκπορευσις – исхождение)» (Диалектика мифа. Дополнение. С. 421).
В наличном тексте «Философии имени» термин «геннесийный» отсутствует.
С. 173.* «Разумеется… наше, человеческое, слово резко и глубоко отличается от других типов слова».
Человеческое слово задается А.Ф. Лосевым в «Философии имени» в широком контексте как один из моментов Богочеловеко-космической реальности. Резюме о специфике человеческого слова см. в книге в разделе 22.
С. 174.* «…имя есть смысловая, выражающая (или понимаемая) энергия сущности».
Имя, по А.Ф. Лосеву, двуедино. Оно есть тождество выражения сущности (ее самооткровение) и ее понимания (интерпретация), осуществляемое в синергийно-персоналистических актах взаимного смыслового содействия именуемого (называемого) и именующего (называющего). Такое толкование имени для Лосева не является противоречивым. Выражение для него бытийственно. Оно есть «объективный аналог понимания вещи» (Бытие. Имя. Космос. С. 831). Также и само понимание, в его вúдении, есть не «какой-то случайный, несущественный, субъективно-капризный процесс» (Там же. С. 838). Оно – объективно, предметно-конститутивно, и ему всегда «соответствует и ответствует вполне реальный бытийственный аналог», каковым и является выражение (Там же). При этом и выражение, и понимание рассматриваются А.Ф. Лосевым не только в бытийственном (онтологическом), но и коммуникативном аспектах, что соответствует тенденции современного богословия понимать бытие как общение.
С. 174.** «Из предыдущего ясно, какую форму приобрело бы определение слова с привлечением всех этих моментов».
В лингвофилософских исследованиях А.Ф. Лосева прослеживается тенденция поиска формулировок имени, уточняющих и проясняющих суть имяславческого понимания имени. Эти формулировки отчетливо показывают и развитие имяславческой мысли Лосева с ее переходом от прямого отождествления имени и сущности к энергийному его пониманию. Многочисленные дефиниции имени (слова) в других его работах конструируются преимущественно или за счет прямого отождествления имени и (предметной) сущности, что редко (см.: «Имя сущности есть сущность, данная в соотнесении ее как неделимой целокупности ее с инобытием», независимо от возникновения этого последнего как факта. Бытие. Имя. Сущность. С. 179), или же, что чаще, за счет энергийной интерпретации имени путем уточнения типа энергии в имени – мифической, магической и эвхологической (от ευχολογιον – новогреч. «молитвенно»), и др. (Миф. Число. Сущность. С. 231 – 232; Личность и Абсолют. С. 245; Имя. С. 198; Очерки античного символизма и мифологии. С. 900). После уточнения понятия энергии с помощью категорий-мифологем сила, свет, слава, исходная мистическая формула имяславия принимает вид: