С. 227.****** «Развертывая… то одно, то другое энергийное излучение».
Об энергийном излучении сущности см.: Диалектика мифа. Дополнение. С. 415.
С. 228.* «ΣΟΙ ENI ΠΑΝΤΑ ΜΕΝΕΙ ΣΟΙ ΔΑΘΡΟΑ ΠΑΝΤΑ ΘΟΑΖΕΙ
ΣΥ ΠΑΝΤΩΝ ΤΕΛΟΣ ΕΣΣΙ ΚΑΙ ΕΙΣ ΚΑΙ ΠΑΝΤΑ ΚΑΙ ΟΥΔΕΝ
ΟΥΧ ΕΝ ΕΩΝ ΟΥ ΠΑΝΤΑ ΠΑΝΩΝΥΜΕ ΤΙ ΣΕ ΚΑΛΕΣΣΩ
ΤΟΝ ΜΟΝΟΝ ΑΚΛΗΙΣΤΟΝ».
Варианты переводов с греческого данного безымянного фрагмента текста, атрибутируемого то как «Гимн к Богу» свт. Григория Богослова, то как «Гимн богу» Прокла, кроме приводимого в данном издании перевода А.А. Тахо-Годи, см., напр., в работах: Франк С.Л. Сочинения. Μ., 1990. С. 451; Лосев А.Ф. Мифология греков и римлян. Μ., 1996. С. 868; Григорий Богослов, свт. Песнопения таинственные. Μ., 2000. С. 200 – 201. Как замечает Тереза Оболевич: «Большинство исследователей склоняются к предположению, что автором этого анонимного гимна, названного Ω παντων επεκεινα, является Прокл (или Псевдо-Дионисий Ареопагит). Формально авторство приписывается Григорию Нисскому (Hymnus ad Deum // PG 37, 507 – 508). Лосев не разделял гипотезы об авторстве Прокла (см.: Лосев А.Ф. История античной эстетики. Т. 7: Последние века. Кн. 2. Μ.; Харьков, 2000. С. 389; Он же. Античная мифология с античными комментариями к ней. Μ., 2005. С. 205)» (Оболевич Т. Указ. соч. С. 80). Данный фрагмент, завершающий «Философию имени», отсылает к глубинному замыслу данной книги – обоснованию имяславского учения об Имени Божием. По православному богословию имени, восходящему к «Ареопагитикам», Бог неименуем и всеимянен. Он безымянен как запредельный всему сущему, и потому, что ни одно из имен, включая отрицательные именования, не в состоянии выразить Божественную сущность. Бог, по Ареопагиту, превыше всякого слова, всякой мысли, всякого человеческого понятия, и Его сущность не может быть выражена или объята никаким человеческим именем или словом. Но, с другой стороны, Бог многоименен, поскольку, как полагает Дионисий Ареопагит, Его представляют говорящим: «Я есмь Сущий», «Жизнь», «Свет», «Истина», и поскольку Его можно познавать и именовать, исходя из Его действований в мире, именуя Его как «Благой», «Прекрасный», «Мудрый», «Бог богов», «Господь господ», «Святая Святых», «Вечный», «Сущий», «Податель Жизни», «Премудрость», «Ум», «Слово», «Сила», «Царь царствующих», «Сущий в дыхании тонком», и т.д. (Дионисий Ареопагит. О Божественных именах. О мистическом богословии. СПб., 1995. С. 35 – 39).
Диалектику безымянности и многоименности Бога А.Ф. Лосев рассматривал в других своих работах. Так, он утверждает, что «Единое – сверх-суще, преименито и пресущественно» (Очерки античного символизма и мифологии. С. 620). Та же мысль в более развернутом виде встречается и в «Античном космосе и современной науке», где Лосев говорит:
«…сущность, как имя, прежде всего требует именуемого различия, раздельности, а это значит, что она есть преименитая, неименуемая сущность и в то же время содержит в себе множество имен; она есть цельное имя и множество частичных имен, определенное имя и беспредельное множество имен» (Бытие. Имя. Космос. С. 160).
Примечания
С. 228.** «В-третьих, вопросы специально языковые автор еще собирается трактовать в своей работе, где должна проводиться и обсуждаться их научная литература».
Этот замысел А.Ф. Лосева в отмеченном ракурсе не был осуществлен.
С. 231.* «Все учение этого параграфа о логосе есть не что иное, как неокантианское учение об идее».
По замечанию Л.А. Гоготишвили, А.Ф. Лосев отдает должное неокантианским анализам процессуальных аспектов логического уровня чистого мышления в такой мере, что «непосредственно вводит их в свою концепцию» (Гоготишвили Л.А. Непрямое говорение. С. 238).
С. 231.** «То, что неокантианцы считают единственно допустимым, есть не что иное, как только один из производных моментов».
Это утверждение А.Ф. Лосева означает, по мысли Л.А. Гоготишвили, что логика мыслилась им «в качестве производной и потому зависимой от эйдетики» (Там же. С. 234).