6. Как происходит воплощение. Софийное конструирование сущности видит эйдетическую природу сущности во всей ее чистоте, т.е. видит, как эта эйдетическая природа воплощена в своем факте, как она сотворена (227). Можно воплощать эйдос не методологически-инструментально-логически и не картинно-осмысленно, но выразительно, изваянно-эйдетически, со всеми теми моментами наполнения и живописи, которые присущи эйдосу, когда он начинает соотноситься с вне-эйдетическим меоном и становиться символом (224 – 225). Субъект активно переделывает себя, чтобы воплотить в себе эту энергию (192); в эйдосе смысл сущностно воплощен (134); одна вещь целиком или частично воплощена в другой вещи (193); новая перевоплощенность эйдоса и логоса (152). Этот смысл не субъективен и не объективен; он отличен и от вечной сущности вещи, и от физико-физиолого-психологической среды, где он воплощается заново (192).
1. Диалектика есть простое, непосредственное жизненное восприятие (43); восприятие есть: 1) самоотнесение вещи, или ее самосознание, интеллигенция, 2) когда происходит отождествление себя с собою же как неразличимо слитого, т.е. себя ощущающего, с одной стороны, и, с другой, – себя как раздельно-осмысленно слитого с иным, 3) так что неразличимо ощущающий себя субъект различает иное себе, являющееся для него, как иное, внешним объектом (96); самосознание себя как себя в ином, или восприятие (104). В восприятии мы как раз имеем фиксирование твердого и устойчивого эйдоса объекта и одновременно – его пространственно-временного, меонального протекания (96). Восприятие – зрячее нахождение себя в ином и ономатически-ознаменованное раздражение. Если ощущение – осознание раздражения, восприятие – осознание ощущения, то умственный образ – осознание восприятия (97); восприятие от ощущения отличается именно наличием мысленно-устойчивой формы (95); восприятие есть инобытие, утверждающее себя как себя, но не целиком как себя, а – как утвержденное, определенное инобытием, т.е. утверждение себя в качестве только утвержденного инобытием (107). Но почему восприятие мы называем нахождением именно себя в ином? Что восприятие относится к иному в отношении воспринимающего, это понятно. Потому-то оно и вос-приятие… Но почему это есть нахождение в ином именно себя? Это явствует из того, что восприятие не может состояться без ощущения, а ощущение есть прежде всего нахождение себя… Восприятие ведь и есть то же самое ощущение, но лишь с внесением момента осмысленной раздельности; в восприятии остается прежнее нахождение себя. Но так как тут – нахождение себя в ином, то и осмысленная раздельность приходится только лишь в отношении иного… В восприятии мы находим иное и находим себя, т.е. переживаем и ощущаем и иное, и себя, но раздельность вносим только в иное, т.е. только в воспринимаемое. Мы не различаем в восприятии внутренних процессов самих по себе, но лишь – в меру связанности их раздельностью внешне-воспринимаемого объекта. Себя самих, воспринимающих, мы продолжаем ощущать, при восприятии внешних объектов, столь же слепо и нерасчлененно, как и в случае простого и чистого ощущения (96); восприятие еще глубоко ослепляет мыслящую вещь, вытравливая самостоятельность ее собственной мысли (99); в восприятии есть мышление, но различенность тут дана лишь в сфере мыслимого, в то время как мыслящее еще отсутствует и не выходит из сферы ощущения; поэтому, самая энергия осмысления вызывается здесь иным (99); энергема восприятия (191).
2. Имя есть арена встречи воспринимающего и воспринимаемого (67); слово – в физическом смысле – действует и на слуховой аппарат; оно относится именно к этой, а не к другой сфере внешнего восприятия. Есть вещи, действующие на наше зрение, обоняние, осязание и т.д. Слово есть некая вещь, которая состоит из элементов, действующих на слух (56); ноэма сведется к восприятию, вернее, к воспринимаемому эйдосу, т.е. мы будем знать в своих словах уже не «образ образа», т.е. не осознание значения звуков, но только самые звуки (188).
3. Могу ли я остаться только пассивным воспринимателем вещи? Ни в коем случае (93); искалечив простое человеческое восприятие, не верят непосредственному свидетельству опыта; метафизическое выведение реального восприятия – из того, что не есть реальное восприятие (44).
Приходя в слове к самосознанию, человек впервые приходит и к подлинному знанию иного, что есть кроме него (92).