3. Предмет требует для своего определения как сущего предмета некое окружение «иного», дающего ему границу и очертание (72); всякое диалектическое определение совершается через противопоставление данной категории ее окружающему фону и через дальнейшее отождествление с ним (159).
4. Сущность определяет сама себя, не нуждаясь ни в каком другом определении. Сущность, содержа в себе все моменты определения, предполагает лишь окружающий ее меон, как свет предполагает тьму, чтобы быть светом. Но тьма не есть бытие, и потому сущность, хотя и окружена меоном, не определяется им фактически и причинно; она определена им сущностно (164); ей (т.е. самостоятельно-определившейся сущности. – В.П.) противостояло бы не без-сущностное «иное», а иная, тоже самостоятельно-самоопределенная сущность (166); первоначально-самоопределяющаяся сущность (165); первоначально-определенная сущность (165).
5. Иное должно отразить на себе сущность, и сущность, определенная сама собою, должна заново определиться – уже во тьме абсолютного меона; получается два разных определения сущности: одно определение ее как сущности, независимо от тьмы меона, определение при помощи меона, входящего в самую сущность, сущностного меона; другое – определение самоопределенной сущности заново, уже в абсолютном меоне, когда возникает, по степени определения, разная степень сущего (165). В самоопределенной сущности не может быть степеней сущего; меон там – лишь начало координированной раздельности; в новом меональном определении сущности она делается уже разной в смысле степени самого смысла и осмысленности (165).
а) Первое, внутри-сущностное самоопределение (158). Она (т.е. сущность. – В.П.) сначала – число, и это есть некое первичное и наиболее общее определение сущности; сущность есть эйдос. И это определение – не полное. Только в символическом и магическом мифе сущность достигает своего полного определения. Но это как раз и есть имя (175).
б) Второе определение сущности, т.е. в абсолютном меонизировании (158); второе определение сущности через абсолютный меон. Сущность как бы заново становится сущностью уже в ином. Логос тут – метод этого определения (154 – 155). Второе определение гораздо богаче и полнее и включает в себя все предыдущие моменты, ибо имя и есть расцветшее и созревшее сущее (175). Стихия сущности, погружаясь во тьму абсолютного меона и как бы определяясь заново, уже в «ином», действует оформляюще на это «иное» (130); дальнейшее диалектическое самоопределение сущности приводит ее к убыли (175).
6. Учение о взаимоопределении сущего и меона (78); общий принцип взаимоопределения (79); универсальная картина взаимоопределения (108); «иное» обнаруживает природу взаимоопределения; законы взаимоопределения (130). Сущий смысл и не-сущее бессмыслие взаимоопределяют друг друга и дают определенный образ в результате такого взаимоопределения (80); отличаться от иного и не сливаться с другим можно только тогда, когда есть определенная граница, очертание, форма. Предмет отличается от иного – это значит, что предмет имеет определенное очертание, и – обратно (71). Сущее и не-сущее взаимоопределены в образе (80); свет и тьма, именно для того, чтобы во взаимоопределенном образе быть так-то и так-то определенными, должны оставаться абсолютным светом и абсолютной тьмой, без какого-то бы ни было оформления и определения (79 – 80). Взаимоопределение сущего и меона в идее (71). Ноэма конструируется при взаимоопределении предметной сущности и иного (70).
6. Так определяется в большинстве университетских курсов слово – как звуковой комплекс, объединенный каким-нибудь определенным значением; такое определение подошло бы к любому предмету и процессу из физического мира (66 – 67).
7. Самое простое и общее определение слова есть то, что слово, или имя, есть смысл, или понимаемая, подразумеваемая сущность… Громоздкий аппарат понятий, привлеченный в целях анализа слова, можно упростить в целях получения более компактного определения. В этом случае можно дать ряд определений, восходящий по сложности и детальности; пусть мы желаем дать еще более детальное определение. И в этом случае необходимо искать первую наиболее существенную подробность понятия энергии; таково определение, которое в максимальной мере совмещает в себе краткость и правильность. Если мы хотим чего-нибудь более развитого, то, вдумываясь в это новое определение и ища первую наиболее существенную подробность в нем, мы должны выделить, прежде всего, погруженность смысла в меон, выраженность в меоне, или, что то же, по-ятие его меоном, т.е. понятие, понимание меоном (173). В дальнейшем стоит указание на способ явленности сущности в имени (логос, эйдос, апофазис), потом на моменты ноэматические и семематические, и только в самом конце можно отметить как наименее существенный элемент определения слова фонему. Из предыдущего ясно, какую форму приобрело бы определение слова с привлечением всех этих моментов (174); собственное диалектическое определение предметной сущности имени (108).