1. В мышлении мыслимое тождественно мыслимому, и потому мыслить можно только себя, а не иное, иное же можно или только ощущать, или мыслить не-чисто, т.е. или воспринимать, или представлять (100); представление есть инобытие, утверждающее себя как себя, но не целиком как себя, но как утверждающее свою собственную утвержденность от инобытия, т.е. утверждение себя в качестве утверждающего инобытие внутри себя, или утверждение себя в качестве зависимого от внутреннего инобытия (107).
2. Каждый раз я представляю и переживаю карандаш разно и разные люди по-разному его переживают (187).
3. Образное представление есть различающее знание и иного, и себя (99). Это – различающее нахождение себя как иного себя и как себя самого (98); самосознание себя как иного в себе, ставшее сознанием иного как себя, или образное представление (104); в образном представлении тоже есть мышление, но здесь оно обессилено искажающим его грузом (99). В образном представлении мышление проявляется лишь в функции представливания тех содержаний, которые осмыслены не самим мышлением, а стихией иного (100); какую ближайшую противоположность необходимо формулировать для того, чтобы было мыслимым образное представление?.. Восприятие, чтобы быть, требует образного представления (99). Самостоятельная стихия мышления не может вполне развернуться в образном представлении, потому что иное все еще продолжает здесь оставаться иным и продолжает сохранять самостоятельную роль (100).
4. Мысленный образ внешней вещи и вся обыденная обстановка способности чувственных представлений предполагает, что субъект, имеющий эти образы и представления, уже начинает расчлененно вспоминать себя, приходить в себя и просыпаться от тяжелого сна и кошмаров раздражений, ощущений и восприятий (97). Образное представление свойственно лишь такому субъекту, в котором интеллигенция созрела не только до нахождения себя как иного себя и как себя, но – главное – и до понимания своей самостоятельности в отношении иного (97 – 98).
5. Мы получили энергему восприятия, энергему образного представления, энергему чистого мышления и энергему сверх-умного мышления (104). Есть энергема образного представления и есть психический акт образного представления, т.е. то или другое единство текучих качеств образного представления (191).
6. Назовем энергию имени, порождающую образное представление, имагинативно-ноэтическим, или имагинативным моментом имени (105).
7. Каждая категория таит в себе свои собственные, специфические связи и конструкции, которые интересно и представить во всей их специфичности (227). Единое, образ, или эйдос, и становление – все это представимо на любой физической вещи (117).
Миф есть конкретнейшее и реальнейшее явление сущего, когда оно предстоит как живая действительность (202).
Сущность предполагает лишь окружающий ее меон, как свет предполагает тьму, чтобы быть светом; свет и тьма предполагают одно другое взаимно (164); там (т.е. в случае первого и второго симболонов. – В.П.) отношение устанавливается в сфере символической мемемы, т.е. предполагает звуковое воплощение смысла (75).