Физико-физиолого-психологический факт слова, являющийся для сущности и ее энергии преемником и осмысливаемым через них инобытием (181).
Так преображается физическая энергема в человеческом слове (178).
Получается противостояние адекватного узрения эйдоса и того или иного приближения к нему (193); возможны сколь угодно многочисленные оттенки ноэмы, т.е. приближения к идее (188). Знать имя вещи, значит быть в состоянии в разуме приближаться к ней или удаляться от нее (194).
1. «Принцип», или «потенция», есть только момент в эйдосе вообще… Учение о «принципе» и «потенции» содержится в правильной форме в античных концепциях потенции и энергии; критика неокантианского учения об идее как «принципе» (232).
2. Всякая наука есть наука о бытии. Однако в бытии есть планы более общие и принципиальные и менее необходимые, выводные, не исходные; математика и логика суть науки о бытии более принципиальные, чем физика (223).
3. Мы вывели наши принципы слова из анализа самого разума… Всякая реальная жизнь слова основывается на этих принципах и не может не содержать их в себе (181).
4. Основной принцип диалектики есть принцип раздельности в тождестве, или тождества в раздельности, в различии. Принцип логоса есть, наоборот, принцип абсолютной раздельности без объединения в абсолютное тождество, а лишь с объединением множественного; это – принцип внешне-смыслового объединения абсолютных внеположностей (153 – 154).
5. Реальность логического есть реальность применения логического принципа, в то время как реальность эйдетического есть непосредственная, ни от какого принципа независимая явленность сущности вообще. Такова принципиальная разница в отношениях эйдоса и логоса к неделимой сущности… Логос вещи есть некоторый абстрактный момент в вещи; он реален не в меру непосредственного выражения им сущности вещи, но в меру осознания его методологической и принципиальной природы. Логос реален как принцип и метод; логос есть только принцип и метод, закон объединения и осмысления. Его природа – всецело принципна. Он приобретает значение лишь в связи с формальным приведением в связь, в осмысленное целое (135). Вся характеристика логоса – как принципа, метода, возможности, закона и пр. – есть лишь разные выражения смыслового становления сущности в инобытии (138 – 139); то, что в эйдосе совсем не мыслится – абсолютно-меональное окружение, – то самое в логосе играет роль принципа, ограничивающего значимость эйдоса в пределах данной степени взаимоопределения эйдоса и меона (134); то, что в инобытии есть суждение, в эйдосе есть просто подвижной покой, хотя и взятый как принцип и метод (157); число как принцип и замысел (218).
6. Причинно-целевой принцип (132); число, понимаемое в смысле методологического принципа, т.е. в смысле функции (217). Что же взамен принципа триадической нераздельности в логосе? – Логос отличается от эйдоса тем, что в нем нет умно-меонального принципа, конструирующего идеально-смысловую изваянность и воззрительность эйдоса (142); с точки зрения цельного эйдоса – «понятие» традиционной логики есть эйдос, лишенный интеллектуально-меонального принципа, конструирующего идеальную (и картинно-изваянную, воззрительную) предметность (143); мы видим подлинную предметность, ибо только в сравнении с нею и можно было фиксировать меональный принцип (81); теория и наука есть проведение некоторого отвлеченного принципа (199).
7. Это было бы нарушением самого принципа мысли; мышление не состоялось бы, да и самое слово не смогло бы сформироваться (68 – 69); принцип бесконечного варьирования значения слова, противоположный принципу постоянной предметной однозначности слова (70); принцип имени в собственном смысле слова (140).
8. Принцип осмысления (135); принцип движения эйдоса. Это – принцип диалектической триады, в основе которой лежит идеально-оптическая картина смысла, окруженного тьмой меона (140); принцип эйдоса; принцип триадической неразделенности (142); логос делается просто принципом сущего; принцип алогического становления; эйдетически-сущностный логос не может быть принципом умозаключения. Он – принцип только смыслового становления (157). Меон – принцип неустойчивости и иррациональной текучести (189); принцип соединения частей картины в одно целое, т.е. принцип целостно-сущего или индивидуального, одного эйдоса (155); логос не есть цельность; это не цельность, но принцип цельности (138, 171); логос есть принцип цельности (138 – 139, 171); сущностный логос есть принцип фигурности смысла вообще; сущее, или «одно», данное как принцип фигурности понятия (156); принцип всей интеллигенции и всего вне-интеллигентного (121, 150). Эйдос в узком смысле превращается в принцип вещности (140); материально-меональный момент инобытия как принцип второго оформления сущности (225); принцип классификации (220). Возникает для логоса необходимость быть принципом не соединения, но соединенности, не объединения, но объединенности, не разделения и различения, но разделенности и различенности (156).