9. Принцип систематического проведения отличий логоса от эйдоса (137); отказ от приведения этого предмета в систему на основании каких-нибудь принципов, лежащих вне этого предмета (199).
1. Уже в 1923 г. «Философия имени» была только резюме долгих размышлений о природе имени (38); подлинная природа слова (185). Природа имени магична (194); психологическая природа слова (189 – 190); физиологическая природа слова (190); мифологически-логическая, ноэтически-логическая, геометрическая и арифметическая природа мысли-слова (218); мифологическая, диалектическая, топологическая и аритмологическая природа мысли и слова, или имени (209). Как и всякое другое слово, оно (т.е. сенсуально-ноэтическое слово. – В.П.) – энергия сущности, но – энергия, определенная в меоне, по общности своей природы со всяким словом (167); получает отчетливую формулу и ясную связь со всей структурой слова также и его физико-физиолого-психологическая природа. Эта природа возникает в результате меонизирования эйдоса; эта природа, или факт, есть сам меон, осмысленный тем или другим эйдосом (189); диалектическая природа имени совсем не то, что аритмологическая; аритмологическая совсем не то, что логическая (227); социальная природа слова (238); эстетическая природа имени (222).
2. Без такого слова нет у нас и никакого другого слова. Это – затвердевшее, окаменевшее слово и имя, остывшее и обездушенное. Но оно хранит в себе природу, хотя и распавшуюся, истинного слова и только ею и держится (83 – 84). Тайна слова заключается именно в общении с природой, в общении с другими людьми; только в слове мы общаемся с людьми и природой (41). Слово – властно требующая своего разумного признания природа (187); имя есть не больше, как познанная природа, разумеваемая природа и жизнь (227).
3. Диалектика природы (208); процесс неживой природы (98); неживая природа (94). Только в имени обоснована вся глубочайшая природа социальности во всех бесконечных формах ее проявления (41). Природа этих связей (таящихся в имени. – В.П.) совершенно специфична (227). Свет и тьма, смысл и бессмыслие, сущее и не-сущее вступают в примитивное взаимо-общение и взаимо-определение, когда мы получаем физически оформленную вещь, то, что называется обыкновенно неодушевленной, или неживой природой (82 – 83). Абсолютный меон превращает сверх-сущую природу в психическое, в растительное и животное семя, расслаивает и расслабляет вплоть до физической мертвости, доводя до не-бытия (110); науки о неживой и живой природе (201).
4. Эйдетическая природа сущности (226); эстетическая природа имени (222); физико-физиолого-психологическая природа энергии сущности, имени (186); качественно-содержательная природа счетности (218). Логос не имеет собственной содержательной природы (213); своебразная природа логоса меона (218 – 219). Его (т.е. логоса. – В.П.) природа – всецело принципна. Он приобретает значение лишь в связи с формальным приведением в связь, в осмысленное целое. В то время как эйдос есть – смысловое изваяние сущности, логос есть только принцип и метод, закон объединения и осмысления (135).
Вещь – множественна… Но мы увидели, что во множественных частях ее присутствует она целиком и без разделения, что без этого присутствия не было бы и видения самой вещи (183). Предметная сущность присутствует в слове не сама по своей сущности, но в некоем своем качестве. И это качество есть просто меональное его оформление и выражение (73). Идея и есть сама вещь, но данная в своем максимальном присутствии в инобытии (77). Хотя она (т.е. ноэма. – В.П.) есть некое понимание, некое выражение предмета в инобытии; хотя она есть и некое присутствие предмета в инобытии, вернее, некая форма этого присутствия, – она вносит в инобытийно-конструируемый предмет и нечто от себя, от инобытия (86). В ноэтическом имени сущность присутствует целиком, но не целиком приемлется, такое имя не есть предмет, но сам предмет в нем «присутствует»… В инобытийных фактах имя только присутствует. Но все это «присутствие» возможно только потому, что человеческое имя и слово есть результат энергемы сущности (168). Должно быть некое сверх-мыслимое и сверх-мыслящее единство мыслимого и мыслящего, так, чтобы энергия этого «сверх» одинаково присутствовала в мыслящем и мыслимом (102).