11. Смысл и выражение. Смысл же есть еще и выражение (210); понимаемый или выражаемый смысл (196); все это – смысл и его выражение (164); вне-выразительные моменты смысла (логос мифа, эйдоса, топоса и схемы) (210).
12. Модификации смысла. «Ум» и есть модификация смысла (196); нашли смысл вещи в его разумных модификациях, как эйдос и энергию (192). Грамматика и риторика имени, не говоря уже об его логике, дедуктивной и индуктивной, есть нечто, оставляющее нас всецело в сфере максимально-смысловых характеристик, понимая под смыслом именно данный смысл, о логике, грамматике и риторике которого и идет тут речь. Можно, имея в виду данный смысл и получивши его логические, диалектические, грамматические и риторические модификации, начать рассматривать его с точек зрения, выходящих далеко за пределы его самого (152).
13. Воплощение смысла. Смысл и как бы его воплощение в ином (85). Можно воплощать эйдос не картинно-осмысленно (225); наука, оперирующая не с чистыми смыслами, но с их вещными и силовыми воплощениями (222). Этот смысл не субъективен и не объективен; он отличен и от вещной сущности вещи, и от физико-физиолого-психологической среды, где он заново воплощается (192); звуковое воплощение смысла (в сфере символической семемы) (75).
14. Осмысление. Сущностное осмысление (201); метод инобытийного осмысления (197). Человеческий субъект имеет их (т.е. ощущения. – В.П.) в форме того или иного осмысления (179). Как только зашла речь о тождестве и различии, т.е. об осмыслении, так тотчас же течение останавливается и меональный предмет превращается в вечно-устойчивый предмет (95). Меон в чистом виде неописуем. Но (в эйдетически-сущностной сфере. – В.П.) он находит свое достаточное сущностное осмысление (201); энергия сущности и субъекта оформляет и осмысляет, так как она делает это в отношении самой сущности вещи (192); не-энергийное не приняло энергии, не осмыслилось через нее (194); видим текучую эйдетичность, становящуюся осмысленной (226); физическая энергема как форма примитивного осмысления меона (85); одна вещь целиком или частично осмысляет по-своему другую (192 – 193); энергийно осмыслен данной вещью (194); по смыслу, и в данном случае, по выраженному смыслу ее (т.е. вещи. – В.П.), я вхожу с ней в общение, смысл ее осмысляет известные пункты моего сознания так, как того требует самый смысл (193); только пошляки в науке думают, что все понятое и осмысленное есть тем самым субъективное (194); степени осмысления слова (82); феноменология – там, где предмет осмысливается независимо от своих частичных проявлений, где смысл предмета – самотождествен во всех своих проявлениях (199).
15. Смысл и конструирование. Конструирование, которое воспроизводит сущность в ее факте со всеми моментами смысла; проблема чисто софийного (религиозного) конструирования смысла; конструирование, совмещающее эйдетическую полноту картинности, смысл и фактичность его осуществления, можно назвать софийным конструированием (225).
16. Познание смысла. Феноменология есть зрение и узрение смысла, как он существует сам по себе, и потому она всецело есть смысловая картина предмета (199). Смысл познается, осязается умом; смысл (эйдос) и факт отождествляются в понимаемом или выражаемом смысле и факте, т.е. символе (196). Смысл – подлинная стихия диалектики (75); дедукция отдельных наук о смысле (224); одни науки занимаются чистой предметной сущностью, или чистым смыслом, другие – смыслом, перешедшим в инобытие, в факт (196).
17. Смысловое, сверх-смысловое, бессмысленное. Сверх-смысловое единство (129); смысловая и не-смысловая связь элементов (199). Мир – разная степень бытия и разная степень смысла, имени. Мир – разная степень слова (167). Бессмыслие – меон, отсутствие смысла: оно – окружает смысл и тем оформляет его, дает ему очертание и образ (80). Предметная сущность и есть подлинное осмысливание всей стихии слова. Уничтожить ее значит обессмыслить слово целиком (71). Для того, чтобы мыслить смысловое, рациональное, оказывается необходимо примышлять тут же момент «иррационального», без которого самый смысл теряет определенность и очертание, т.е. обессмысливается (73). Звук же есть нечто бессмысленное с точки зрения полного и самостоятельно осмысленного слова; и потому является недопустимым введение его в сферу диалектики (75).