«Как и другие народы, мексиканцы представляли себе землю как большое колесо, окруженное водой. А водяное кольцо, которое ее окружает — Анагуатл (кольцо), или Семанагуатл (полное кольцо). В результате неправильной интерпретации некоторые более поздние историки ввели в обычай называть центральный район современной Мексиканской республики плоскогорьем Анагуака, тогда как древние мексиканцы, без сомнения, понимали под этим землю, расположенную «рядом с водой», то есть все, что простиралось между двумя морями, и называли они эту воду, окружающую землю, океан — теоатл (божественная вода) или илгу-ика-атл (небесная вода), потому что на горизонте она соединялась с небом»{[176]}.
Связывая это с идеями нагуа о Солнце, о четырех направлениях Вселенной и об этническом происхождении нагуа, Селер так излагает далее мысль нагуа:
«Из этого моря (окружающего мир) каждое утро со стороны востока поднимается Солнце, которое вечером погружается в море со стороны запада. Мексиканцы думали, что их народ пришел с моря, со стороны света (восток), и в конце концов дошел до Атлантического побережья. Они думали также, что в своем путешествии в ад мертвые должны были пересечь широкое море, которое называлось чикунауапан (простирающееся девять раз, или вода, простирающаяся во всех направлениях){[177]}.
Но наряду с этой концепцией, дополняющей их идеи о том, что можно было бы назвать «горизонтальным пространством», тламатиниме, и в первую очередь «те, кто был занят наблюдением за движением и упорядоченным изменением неба»{[178]}, выработали также астрономическую концепцию Вселенной. Они представляли себе вертикальный мир с тринадцатью небесами кверху и с девятью адами книзу. Так как эти последние связаны в основном с областью мертвых и с потусторонностью, мы займемся здесь лишь описанием 13 небес, поскольку нас интересуют именно астрономические познания нагуа{[179]}.
Следует, сказать, что нагуа представляли себе эти небеса как космические области, расположенные одна над другой и разделенные своего рода перекладинами, которые одновременно являлись своего рода полами или путями, по которым двигались различные небесные тела. В связи с этим индейцы, рассуждая о своих астрономах, говорили, что они были заняты наблюдением «движения светил по небесным путям» (илгуикатл и-о-тлатоки-лиц){[180]}.
Обобщая различные сохранившиеся версии, но, следуя по преимуществу пиктографическому изображению «Ватиканского кодекса А»{[181]}, начнем с описания нижнего неба, «которое мы все видим», — неба, по которому движется луна (илгуикатл Метцтли) и на которое опираются облака. Относительно астрономических представлений нагуа о луне и. ее фазах приведем здесь лишь кое-что из того, чему обучали студентов (момачтике) в Калмекак, в той форме, в какой описывает это Саагун:
«1. — Когда Луна рождается вновь, она кажется тоненькой проволочной дугой, которая еще не светит; постепенно она растет,
2.— через пятнадцать дней становится полной и тогда выходит со стороны востока.
— При закате Солнца Луна похожа на большое мельничное колесо, очень круглое и красное,
— а когда она поднимается, то становится белой и сверкающей; на ее середине проглядывается что-то вроде кролика, а если нет облаков, она светит почти как солнце в полдень;
— после того, как она стала полной, начинает понемногу уменьшаться, пока не станет такой же, как вначале;
— тогда говорят, что луна уже умирает и крепко засыпает.
— Это случается, когда она выходит на рассвете, а в момент соединения говорят — «луна уже умерла»{[182]}.
Второе небо было местом расположения звезд (Ситлалко), что хорошо видно на прекрасной иллюстрации «Ватиканского кодекса». Звезды, которые, как мы уже видели, представлялись сверкающей юбкой на женском обличье Ометеотла, делились на две большие группы — 400 (бесчисленных) звезд севера: Сентцон Мимихкоа и 400 (бесчисленных) звезд юга — Сентцон Гуитцнагуа.
Кроме общей классификации, астрономы нагуа отличали среди других следующие звезды: Большую Медведицу, называвшуюся тигром Тецкатлипока; созвездие Малой Медведицы — Ситлалхонекуилли, «потому что, — как говорит Саагун, — (ее звезды) похожи на определенный вид хлеба, который они делают в форме S и называют хонекуилли...»{[183]}; созвездие Скорпиона, которое по случайному совпадению называли тем же именем Колотл (скорпион); три звезды, образующие голову Быка, обозначали словом мамалгуацтли, которое, как указывает Саагун, было названием палок, служащих для зажигания нового огня. Особое значение придавали нагуа движению звезд, а также движению плеяд, называемых тианкицтли, так как от этого движения каждые 52 года зависело сохранение жизни мира. При продолжении движения этих звезд, в полночь того дня, когда кончалась связка лет (век), зажигался новый огонь и это праздновалось как предзнаменование еще 52 лет жизни. Старая пирамида в Тенаюка, к которой аколгуа, текпанеки и ацтеки сделали в определенное время но вые надстройки, соответствующие, как указывает Игнасио Маркина, «окончанию цикла в 52 года» лучше, чем любая диссертация доказывает, какой глубокий смысл приписывали нагуа наступлению нового века{[184]}.