В постиндустриальном обществе определяющими являются знания, информация. Классовое деление уступает место профессиональному, сфера услуг преобладает по отношению к сфере производства. Собственность на средства производства как основа социальных различий утрачивает свое значение, основной конфликт постиндустриального общества - конфликт между знанием и некомпетентностью. Постиндустриальное общество - это прежде всего информационное об
506
щество. Информация обуславливает качество жизни, перспективы экономики, социальные изменения. Сфера управления на основе информации в таком обществе становится центральной. Индустриальное общество основывалось на массовом производстве и массовом потреблении, что вело к стандартизации жизни, распаду личностных связей. Современное общество рождает бесконечное разнообразие технологий, товаров, услуг. Массовое производство становится нерентабельным, обработка информации из бессвязных событий создает осмысленные целостности. Прошлое не исчезает бесследно, носители информации хранят в своей памяти каждое событие. Распад родовой семьи на стадии индустриального общества и утверждение семьи нуклеарной (муж, жена, дети) сменяется возможностью возникновения новой большой семьи, считают теоретики постиндустриального общества. Родственные связи в информационном обществе не разрушаются, общение возможно и на расстоянии.
В основе концепций технологического детерминизма лежит довольно сложный комплекс идей, который можно назвать "экономическим универсализмом". Экономическая теория в последнее время все чаще начинает рассматриваться как "царица социальных наук", как образец научной строгости, логичности, сопоставимости с эмпирией, на нее должны равняться менее "строгие" формы социально-гуманитарного знания. Процессы, совокупность которых образует "рыночный механизм", изучаемый экономикой, - связь между затраченным трудом и вознаграждением, доходом и потребительскими расходами - приобретает сходство с законами природы. Казалось бы, проникновение рыночных механизмов в сферу семейных отношений, искусства, образования свидетельствует в пользу мнения о превращении экономики в некую универсальную дисциплину, способную объяснить, описать и предсказать все процессы, происходящие в обществе с рыночной экономикой. Хаос, произвол, столкновение групповых интересов, всевозможные "личностные факторы", все эти "малые причины", в прошлом приводившие к "большим последствиям", перестают, наконец, лихорадить наше общество. Наступает "конец истории" как борьбы самолюбий, необоснованных амбиций, непомерных желаний. В обществе воцаряются рыночные отношения как универсальный тип социальных отношений. Экономическая наука, изучающая эти отношения, естественным образом становится универсальной наукой об обществе.
507
Признание за экономикой ведущей роли в решении жизненных проблем подводит к необходимости определения тех фундаментальных человеческих целей, потребностей, желаний, которые могут быть исполнены только на пути тотальной экономизации жизни.
Основной элемент экономической системы - рациональный индивид, способный максимизировать свою выгоду. Еще английский экономист и философ Адам Смит (1723-1790) полагал, что идея пользы сопровождает нас на протяжении всей жизни. "Экономическое поведение" основывается на принципе постоянного беспокойства о собственной выгоде, постоянного поиска оптимальных средств, ведущих к достижению целей. Экономический подход к человеческому поведению предполагает, что жизненная программа человека проста, носит универсальный и вневременной характер. "Жизнь" как стремление избегать страданий и получать удовольствие, как процесс самосохранения и самоутверждения нуждается в особой "целевыполняющей" рациональности - в оптимизации средств для достижения неизменных целей.
"Стабильность предпочтений" наряду с принципом максимизации выгоды и минимизации затрат оказываются в рамках экономического подхода основополагающими принципами. Причем речь идет не о конкретных объектах предпочтений - каких-то определенных товарах и услугах, - а о фундаментальных объектах (здоровье, престиж, чувственные наслаждения), для достижения которых необходимо бесконечное разнообразие товаров и услуг.
Стабильность при внешнем динамизме жизни, необязательность рационального осмысления системы собственных жизненных предпочтений, отсутствие иерархичности в процессе принятия жизненно важных и малозначащих решений, эмоционально нагруженных и эмоционально нейтральных, например, отсутствие "экономического" различия между выбором спутника жизни или выбором определенного сорта кофе - вот некоторые черты всеобъемлющего экономического подхода к человеческому поведению [1]. Когда создаются благоприятные возможности для полного и всеобъемлющего проявления экономического универсализма в постиндустриальном обществе, тогда и наступает "конец истории".
1 BecherG.S. The Economics Approach to Human Behavior. Chicago, 1976. P. 16.
508
Мир современного "человека экономического" лишен той поэтической органичности мифа, когда люди и боги составляют единое целое. Однако экономический универсализм во многом сходен с мифологическим сознанием. Обращение к "жизненным" проблемам, подчеркнутое признание нерефлективности жизненных установок "экономического" человека, своеобразное сочетание стабильности и непостоянства, игнорирование противоречий в жизненных целях при подчеркнутом внимании к деталям, средствам, наконец, признание всеобщего характера экономического подхода к человеку - все эти черты роднят мир "человека экономического" с мифом.
Современный канадский философ, культуролог М.Маклюэн (1911-1980) открыто признает, что погружение человека в миф в условиях современного информационного общества и есть конечная цель исторического. История в его интерпретации предстает как смена средств массовой коммуникации. Первый этап истории - это эпоха дописьменного варварства, счастливый период единства "слова" и "дела", когда сохранялся непосредственный контакт с природой и с соплеменниками. В этот период господствует "оральная", устная коммуникация. Человек живет, погруженный в племенной транс всеобщего братства, исключающий индивидуализм, он не отделяет себя от окружающего, действительность для него предстает в целостном образе. Второй этап - эпоха кодификации. Это распад племенного сознания. Орудием разложения бытия и мышления становится алфавит, письменное слово. Они разрывают слово и дело, нарушают естественную коммуникацию, что ведет к одиночеству, возникновению шизофрении, постоянным войнам. Люди утрачивают непосредственную причастность к социальному целому, что ведет к национализму и классовой борьбе. После изобретения типографского станка искажается картина мира, нарушается "сенсорный баланс". Человек общается с миром в основном с помощью зрения, он видит только черное и белое, забывая о богатстве цветов, запахов. Это "цивилизация глаза" Гуттенбергова Галактика, эпоха отчуждения. Наконец, наступает третья, аудиовизуальная эпоха, эпоха электронных средств массовой коммуникации. Она избавляет человека от тирании печати, от бед рационализма, от одиночества. Телеграф, телефон, радио, кино, телевидение из