Когда закрыли гроб крышкой, не оказалось гвоздей, чтобы прибить ее. Этот промах быстро устранил полковник Б.Тарасов (начальник хозотдела). Затем пригласили восемь офицеров полка, которые подняли гроб на руки и вынесли из Мавзолея через боковой выход.
В это время по Красной площади проходили стройными радами автомобили, тренируясь к параду.
К 22 часам 15 минутам гроб поднесли к могиле и установили на подставки. На дне могилы из восьми железобетонных плит был сделан своеобразный саркофаг. После 1—2-минутного молчания гроб осторожно опустили в могилу. Предполагалось гроб сверху прикрыть еще двумя железобетонными плитами. Но полковник Б.Тарасов предложил плитами не закрывать, а просто засыпать землей.
По русскому обычаю кое-кто из офицеров (в том числе и я) украдкой бросили по горсти земли, и солдаты закопали могилу, уложив на ней плиту с годами рождения и смерти Сталина, которая много лет пролежала в таком виде до установления памятника (бюста)".
Бальзамирование тел вождей коммунистического движения и помещение их в специальные мавзолеи для всеобщего обозрения и поклонения превращалось в традиционный ритуал. В архитектуре социалистических стран был выработан новый принцип строительства мавзолеев выдающихся деятелей, совмещающих одновременно и усыпальницу, и трибуну. В 1949 году после смерти Георгия Димитрова при помощи советских специалистов из Научно-исследовательской лаборатории при Мавзолее В.И. Ленина его тело также было бальзамировано и выставлено в специально построенном мавзолее на центральной площади Софии.
В столице Монголии Улан-Баторе в мавзолее покоятся тела основателя Монгольской народно-революционной партии Сухэ-Батора (1893–1923) и премьер-министра МНР с 1939 года Чойбалсана (1895–1952).
2 сентября 1969 года на 79-м году жизни скончался президент Вьетнама Хо Ши Мин. В своем завещании, опубликованном лишь 20 лет спустя после его смерти, он писал:
"Когда я умру, не надо устраивать пышных похорон, чтобы не расходовать понапрасну время и средства народа. Я прошу, чтобы мои останки были сожжены, т. е. кремированы. Надеюсь, что кремация станет общей практикой. Эго не только хорошо для живых с точки зрения гигиены, но и позволит также сэкономить пахотную землю. Когда у нас будут большие запасы электроэнергии, еще лучше проводить электрокремацию. Разделите мой прах на три части и поместите его в три керамические урны: одна — для Севера, одна — для Центра и одна — для Юга страны. В каждой из частей захороните урну с прахом на холме. На могиле не надо ставить ни каменную стелу, ни бронзовую статую. Вместо этого надо построить простой, просторный, прочный и прохладный дом, где путники могли бы отдохнуть. Надо разработать план посадки деревьев на этих холмах и вокруг них. Пусть гости сажают деревья на память. Со временем эти посадки образуют леса, которые украсят пейзаж и будут полезны для сельского хозяйства. Заботу об этих деревьях следует поручить местным старикам".
Однако последняя воля президента не была исполнена.
Одним из главных участников дальнейших событий был директор Научно-исследовательской лаборатории Сергей Сергеевич Дебов. Он вспоминает: "В Ханой мы прибыли в конце августа, когда состояние Хо Ши Мина было уже, по существу, безнадежным. Утром 2 сентября за нами пришла машина и срочно доставила в 103-й госпиталь. По пути нам сообщили о смерти вьетнамского президента. В госпитале мы провели вскрытие и первоначальное бальзамирование, чтобы тело можно было выставить для прощания во Дворце собраний Бадинь. О том, что в завещании Хо Ши Мин просил кремировать его останки, мы ничего не знали".
Как же получилось, что советские специалисты по бальзамированию заранее оказались в Ханое?
Известно, что для работ по бальзамированию останков видных зарубежных деятелей требовалось решение Политбюро ЦК КПСС. Можно, следовательно, предположить, что тогдашнее руководство Вьетнама, исходя из лучших побуждений, загодя обратилось к советской стороне с просьбой оказать содействие в сохранении тела Хо Ши Мина.
Впоследствии же, в 1989 году, этому шагу было дано такое объяснение в коммюнике Политбюро ЦК КПВ: "Принимая во внимание чувства и пожелания народа, Политбюро ЦК партии 3-го созыва сочло необходимым сохранить тело Хо Ши Мина с тем, чтобы в будущем народ всей нашей страны, в том числе соотечественники на Юге, а также наши зарубежные друзья могли отдать ему дань памяти и выразить свои глубокие чувства к нему".
Итак, встал вопрос о дальнейших работах по бальзамированию останков Хо Ши Мина. Советские специалисты в один голос утверждали, что тело нужно срочно вывозить в Москву и проводить все работы в СССР, иначе дело обречено на провал. Вьетнамское руководство категорически воспротивилось и настаивало на проведении бальзамирования в Ханое.