Каждое человеческое чувство – в осаде бесчисленных физических таинств. В каждый атом человеческий из каждой твари смотрят чудесные тайны. И самая малая тайна развивается в тайну вселенскую, тайну бесконечную. Углубляясь в одну из них, человек углубляется путем, которому нет конца. Последняя тайна любого явления и любой твари повита бесконечностью. Тайна одной маленькой водяной капли так огромна, что в ней утопает весь человек: и чувства его, и ум, и мысль. Проанализированная до конца, капля воды состоит из невидимых и неощущаемых частиц, которые зовутся атомами, электронами и пра-электронами. Так учит современная химия. Видимая капля основана на невидимых частицах; ощущаемая капля основана на неощутимых атомах; конечная капля сущностью своей уходит в бесконечность. Это – химическая бесконечность.
Но существует и физическая бесконечность. Современная физика имеет свою бесконечность, ибо основывает все свои построения на гипотезе об эфире, «который неосязаем и неподвижен и сам по себе ненаблюдаем».
Так современная физика и современная химия любое явление и любую тварь сводят на нечто невидимое, на нечто сверхчувственное, на нечто бесконечное. В самом деле, бесконечность есть конец любой, на первый взгляд, конечной твари. Все физическое в основе своей метафизично. И в мельчайшей твари бросила якорь бесконечность, а человек не может ее уловить ни чувствами, ни мыслями. Все конечное основано, как на фундаменте, на бесконечном. Существует некий необъяснимо загадочный переход конечного в бесконечное, переход, который не подлежит ни чувственному, ни логическому анализу. Все, что выглядит чувственным, на самом деле сверхчувственно; все, что мысленно, на самом деле метамысленно. Мыслимость мира несравнимо уже и мельче реальности мира. Поэтому и эта мыслимость бесконечна любой стороной своего существования. Если человек не укорачивает намеренно свои мысли и не сужает намеренно свой дух, он должен ощущать себя в этом мире как мыслящая скорлупка в бурном море бесконечности.
Таинственность мира бесконечна – это должен ощущать каждый, кто хотя бы однажды беспристрастно заглянул в тайну мира. Но и тайна человеческого существа не меньше и не короче. Обратив взор на себя, человек встречает неизреченную таинственность. Представьте себе, что человек не в состоянии объяснить себе, как в нем самом совершается переход из чувственного в сверхчувственное, из плоти в дух, из бессознательного в сознательное. Природа его мысли и сознания непостижима для его мысли. Мысленность мысли много короче и уже природы самой мысли. Подобно тому и мысленность чувства и деятельность чувства. Все это утопает в некоей внутренней бесконечности. И снаружи бесконечность, и внутри бесконечность, а горемычный человек – между ними. А печальная соломонова мудрость рыдает и плачет по душе угрюмых жителей нашей планеты: все тяжко и трудно, не может человек пересказать всего; не насытится око зрением, не наполнится ухо слушанием (Еккл. 1:8). А я бы добавил и от своей муки: не насытится мысль мышлением и чувство – ощущением; все в человеке вечно голодает и вечно жаждет.
Опасно быть человеком, опасно быть зажатым между двумя бесконечностями, которые состязаются в таинственности и загадочности. Человек в плену и у одной, и у другой. Неодолимые и неумолимые, они неутомимо и ревниво расхищают несчастного человека. Сгустившиеся в два мира, они атакуют человека всеми своими бесконечными ужасами. И он, измученный и израненный, проклинает и один, и другой мир, но не может избавиться от них. Такова его зловещая судьба.
Трагично быть человеком, ибо человек стал сердцевиной трагизма, сердцевиной всего, что есть трагического и в горнем, и в дольнем мире, и во внешней, и во внутренней бесконечности. Сквозь человека глядит каждая боль, в нем переболела всякая тварь, его оком выплакана печаль каждого существа. Он больной, который переболевает болезнью всего творения. В нем, как в собирательной линзе, собран весь трагизм мира, и он беспомощно рыдает и мечется на одре немощи своей.
Ужасно быть человеком, ибо он в крошечном теле своем носит две бесконечности. Он – пчелиная матка, к которой слетаются все рои разнообразных ужасов из горнего и дольнего мира. Куда бы он ни направился, его сопровождают необозримые рои ужасов. Окунется ли мысль его в мистерию мира, она всегда встретит нечто жуткое и ужасное. Живущие в таком мире бесчисленные ужасы овладели и чувствами человеческими, и человеческой душой, и человеческим телом. И он отчаянно борется с чудовищной тайной мира.