(еще не наступило время), не раскрылось то, что совершается этим
страданием. Время есть раскрытие жизни. Каменный период для
людей, — это те формы, в которых раскрывалась жизнь челове-
чества. Но не все раскрыто, она замыкается сзади и не раскрыта
впереди. Вот так:
6) Неприятности, тяжелые положения, горе... Одно спасение: перенести жизнь в область Бога, жить перед Ним только. И тогда
не только проходит все тяжелое, но вся жизнь становится лучше, так что все, что нам кажется тяжелым — горем, все это добро и
настоящее большое добро.
7) Есть ужасные заслонки, замыкающие сердца и сознания
людей и мешающие им принять истину. Как отворять их? Как
проникать за них? Не знаю, а в этом величайшая мудрость.
40
8) Религия есть закон, который ничем нельзя отменить и ни-
как нельзя обойти, нарушение которого нельзя скрыть и награду
за исполнение которого нельзя получить в этом мире; а безрели-
гиозные люди знают только закон человеческий, который всегда
можно обойти, нарушение которого можно скрыть и награду за
исполнение которого мы всегда ожидаем.
9) Люди различаются еще тем, что одни прежде думают, потом
говорят и делают, а другие прежде говорят и делают, а потом уже
думают.
10) Другое различие людей то, что одни чувствуют прежде
других, а потом себя, а другие прежде себя, хотел сказать: а по-
том других, но большей частью такие люди ограничиваются тем, что чувствуют только себя. Это — ужасное различие.
11) Люди чуткие (первого рода) всегда славолюбивы, люди
второго сорта — тщеславны. Первые озабочены чувствами к себе
других людей, вторые хотят только, чтобы их хвалили. Les defauts de ses v e r t u s и наоборот. Как бы хорошо было составить список
этих парных качеств!
12) Все люди закупорены, и это ужасно. Но они закупорены для
одного человека, а для другого открыты. У каждого человека есть
отверстие, через которое он может воспринять истину, но истина
передается ему не со стороны отверстия. Одно средство — изли-
вать, если она есть в тебе, истину в мир, и она найдет отверстие.
13) Как хорошо еврейское правило не дерзать произносить
имени Бога. Это запрещение показывает, что они понимали, что
такое Он. Наше же панибратское отношение, наше же: Господи
помилуй, переходящее в «помилос», «помилос», показывает, что
у нас и не догадываются о том, что может быть Бог для людей
религиозных.
26 декабря 1901 г. Гаспра.
Кое-что думал:
1) После идолопоклонства народов провозглашено было един-
ство Бога еврейскими пророками. Прошло 2000 лет, и после из-
вращения христианства Ислам провозгласил опять: нет Бога кроме
единого Бога.
2) Люди, усваивающие христианское воззрение, обыкновен-
но стремятся совершать христианские подвиги. А для христиан-
ства нужны не подвиги, а простая христианская жизнь.
1 Недостатки своих добродетелей (фр )
41
3) Так ясно видна ближайшая задача жизни. Она в том, чтобы
жизнь, основанную на борьбе и насилии, заменить жизнью, ос-
нованной на любви и разумном согласии. И огромный матерьял, который должен быть духовно переработан для этого, лежит не-
тронутым еще в рабочем народе всех рас и вер.
4) Всякий человек закован в свое одиночество и приговорен к
смерти. «Живи зачем-то один, с неудовлетворенными желания-
ми, старейся и умирай». Это ужасно! Единственное спасение, это
вынесение из себя своего «я», любовь к другому. Тогда вместо
одной, две ставки, больше шансов. И человек невольно, стремясь
к этому, любит людей. Но люди смертны, и если в жизни одного
больше горя, чем радости, — то то же и в жизни других. И пото-
му положение все то же отчаянное. Только и утешения, что на
миру смерть красна. Одно полное спасение была бы любовь к
бессмертному, к Богу. Возможна ли она?
5) Единственную возможность любви к Богу я вижу в том, что-
бы быть не только довольным жизнью, но радоваться на жизнь, ви-
деть в ней всегда добро. Вывожу я это так: тот, кто недоволен жиз-
нью, огорчается чем-нибудь в ней, видит в ней зло, не может любить
источник, начало жизни — Бога и всегда или отрицает, или обвиня-
ет, осуждает, даже ругает его. И потому тот, кто доволен жизнью, радуется ею, видит в ней всегда добро, должен испытывать обратное
чувство: признает Бога, благодарен Ему, хвалит Его. Так я это думал
сначала, но это было неясно. Нынче мне стало это яснее, именно: 6) Есть одно средство любить Бога: оно состоит в том, чтобы
любить себя, свое божественное «я», так же, как мы любим свое
телесное «я», т. е. жить для этого «я», руководиться в жизни его требо-
ваниями и потому ничем не огорчаться, ничего не бояться и все счи-
тать для себя (этого «я») возможным. Любя это «я», я люблю то прояв-
ление Бога, которое одно доступно для любви. Для разума доступен и
другой Бог — начало всего, но для любви доступен только этот.
(Думал, что выйдет лучше).
7) Как бы хорошо было жить только этим «я», как бы легко
было жить и умирать, т. е. переходить в другую жизнь. Но болез-
ни, боль мешают этому; заставляя стараться о прекращении стра-
даний, они заставляют соблюдать жизнь, от которой требуется
работа здесь. Затем же и страсти и огорчения.
8) Религия есть такое состояние, при котором поступки обус-
ловливаются не соображениями об этой только, временной жиз-
ни, но соображениями о всей вечной, бесконечной жизни.
1902
Нынче 22 января 1902. Гаспра.
За это время записано:
1) Если веришь в Бога, то веришь, что все, что совершается, все благо: страдания, болезнь и др., — это все только приготов-
ления к новой неожиданной радости. И потому кто верит в Бога, тот всегда должен быть радостен; радостен и добр. И подтверж-
дается это сейчас же тем, что кто верит в Бога и потому радостен, того сейчас все любят и ему хорошо.
2) А чтобы быть радостным всегда, надо только одно: то, что-
бы пользоваться с благодарностью теми радостями, которые со-
ответствуют желаниям; на те же события, которые кажутся не-
приятными, несогласными с желаниями, смотреть как на обеща-
ние радости и во всяком случае как на испытания.
3) Доказательство, что это так, в том, что прошло испытание, всегда жалеешь, что не воспользовался им, а мог бы.
4) Бог в пределах есть жизнь. Движение в этих пределах есть
расширение их.
5) Есть ли будущая жизнь? Будущая — не знаю. Знаю то, что
есть Бог, по воле которого я вступил в эту временную жизнь и
живу в ней. Кончится эта временная жизнь по воле Его же. Стало
быть я буду опять в Его воле. Так что: от Тебя изшел и к Тебе иду, или скорее: я всегда был в Тебе и остаюсь в Тебе. В этом ответ.
6) Иногда близость смерти тревожит. А иногда — именно, когда не думаешь, а отдаешься, — так легко и просто.
7) Смерть есть уничтожение «я», т. е. отделенного и потому
матерьяльного, или скорее иллюзии чего-то реального, т. е. мате-
рьяльного существа. В действительности уничтожаются только
пределы, вроде освобождения сжатого пара или газа. Он исчез, и
кажется, что он уничтожился, но он только вступил в новые со-
единения.
43
8) Личность — мое «я» должно быть орудием служения. И
это можно. Когда же употребляешь это орудие, то является воп-
рос, кто тот, кто употребляет его? Это тот, кто не есть орудие, кто не матерьялен, кто вне пределов — Бог во мне. Только нач-
ни заниматься орудием: чистить, украшать, беречь его, и нет
жизни, и подвержен всем мучениям. Только кто употребляет его, живет и растет.
9) Мы так привыкли считать свое орудие собою, что нам
страшно его уничтожение. (От этого и бывает у меня двоякое от-