жайшее к настоящему, менее ясное — будущее, и тем более яс-
ное, чем оно ближе к настоящему. (Вот и запутался Ньютон )
Сознание себя в своем теле и вне его в других существах
так же, как и сознание себя в прошедшем и будущем, есть со-
знание своего духовного существа. Сознание себя в своем теле
есть сознание самое ясное, сознание в соприкасающихся суще-
ствах — менее ясное, сознание в познаваемых только разумом
существах — еще менее ясное. Духовное существо сознает себя в
своем теле внутренним опытом, в соприкасающихся существах —
внешними чувствами, во всех остальных — воображением. Во
всех проявлениях своих это — все то же духовное существо, ко-
торое мы называем разумом
Яблоко мое в том, что не только рассуждение, но воображе-
ние и воспоминание есть не что иное, как разум.
21 мая.
Вчера говорил с Бригсом о свободе воли и благодаря ему мно-
гое уяснил себе, а именно:
1) Я говорил и думал, что свободы нет ни в плотской, ни в духов-
ной области, но что во власти человека переходить из одной облас-
ти в другую. Я даже думал и сказал: что человек может переходить
по своей воле как из низшей области в высшую, так и обратно. Это
122
неверно. Человек не может произвольно переходить из одной обла-
сти в другую, но он всегда переходит из низшей степени сознания в
высшую. (В этом жизнь.) И переходит не произвольно, а по законам
жизни. Иллюзия же обладания свободой происходит от того, что по
закону жизни всегда, переходя от низшего сознания к высшему, че-
ловек чувствует себя все более и более свободным. (На низшей сту-
пени сознания, когда человек сознает только свою отдельность от
Всего, сознает себя телесным существом, он испытывает наиболь-
шую несвободу. Поднимаясь выше, он все более и более чувствует
себя свободным. Признав же себя только одним из проявлений Бога, он чувствует себя вполне свободным.) Подвигаясь же от каждой
низшей ступени сознания к высшей по основному закону жизни, человеку, чувствующему себя все более и более свободным, т. е. все
более осуществляющим вложенное в него стремление к благу, ка-
жется, что это он сам свободно избрал эту свободу и благо. Если бы
человек незаметно для себя плыл бы по реке, и в этом движении
перед ним открывалось бы по берегам то самое, что он желает ви-
деть, то очень естественно, что ему представилось бы, что это дви-
гается не то судно, на котором он плывет, а что это он сам по своей
воле приближается к тем местам, к которым он желает приблизить-
ся. Иллюзия его разрушилась бы, как только он приблизился бы к
местам, в которых он не желает быть. Так точно и непрестающее
движение жизни, влекущее человека из низшей области сознания в
высшую, от меньшей свободы к большей, от меньшего блага к боль-
шему, представляется ему его свободной деятельностью. Иллюзия
эта разрушается, как скоро человек совершает поступок, вызванный
сознанием низшей степени, когда в нем начинает проявляться со-
знание высшей степени. Вопрос о свободе воли возникает только во
времена переходов от низшей степени сознания к высшей (а процесс
этого перехода совершается всегда). И никто никогда не говорит, что
человек может свободно выбрать дурное вместо хорошего, но гово-
рят обыкновенно, осуждая человека, что он мог выбрать хорошее вмес-
то дурного. Происходит это от того, что во всех людях постоянно
совершается процесс перехода из низшей сферы сознания в выс-
шую (в этом жизнь), и нам кажется, коща происходит борьба низ-
шего сознания с высшим, — что это мы сами произвольно делаем
или не делаем. Мы чувствуем себя свободными, но мы не свободны.
2) И как хорошо знать, что мы не свободны, а что мы — ору-
дия в руках Бога!
Нет гордости, довольства собой, приписывания себе заслуг, нет
превознесения себя над другими. Нет, главное, осуждения других.
123
Представляются две опасности: при признании свободы воли: самовозвеличение, гордость, осуждение, нетерпимость к людям.
При отрицании свободы воли: равнодушие к своей душевной де-
ятельности, фатализм, нравственная бездеятельность. Но истина
не может быть вредна. И первая альтернатива удовлетворяет всем
требованиям души человека. Боятся нравственной бездеятельно-
сти, но не говоря уже о том, что нравственные усилия, как каж-
дый испытал, всегда бессильны, не говоря об этом, какая же мо-
жет быть более могущественная нравственная деятельность, чем
вера в Бога, отречение от своей воли, преданность Его воле
Если есть во власти человека нечто подобное свободе воли, сознательному стремлению и усилию к благу, то это только одно: сознание того, что движение сознания человека от низшей ступе-
ни к высшей есть закон жизни человека и его высшее благо. Но
это сознание закона жизни не есть дело личного усилия одного
человека, а последствие совокупной деятельности людей, есть
опять-таки по закону жизни вступление всего человечества на
высшую ступень сознания.
3) Еще говорил с Бригсом об индивидуальности, о возможно-
сти личности после смерти. Нельзя отрицать того, чтобы не была
возможна личная жизнь и после смерти. Но если она будет, то
она будет относиться к нашей теперешней жизни так же, как наша
теперешняя жизнь относится к предшествующей, о которой мы
ничего не знаем.
23 мая. Я. П. 1904.
Надо записать о том, что
1) Человек на низшей ступени покорен только себе, но не по-
корен людям и Богу, т. е. закону Всего На более высокой он поко-
рен людям (законам людским, подчиняя им свою волю), но не
покорен Богу; на высшей он покорен Богу, подчиняя Его закону и
свою волю, и требования людей
2) Смирение перед людьми — свойство низкое, потому что
не покорен и себе и Богу. Смирение же перед Богом — высшее
свойство, потому что, покоряясь Богу, стоишь выше требований
своей личности и людей. —
24 мая 1904. Я. П.
Думал:
1) Все последнее время не только не ослабляется во мне со-
знание своей причастности божеству, но усиливается и помогает
124
жить и делать легко то, что прежде делал с трудом. Боюсь оши-
биться, но мне кажется, что я начинаю переходить на новую сту-
пень сознания, жизни в Боге, жизни Богом. Начинаю чувствовать
не только возможность, но естественность такого состояния. Еще
шатко, но могу уже стоять. Очень похоже на то, как ползающий
ребенок начинает ходить, учится удерживать равновесие. Прой-
дет время, и ему труднее будет ползать, чем ходить. Начинаю чув-
ствовать, именно чувствовать это. И это очень радостно. А го-
ворят: зачем старость? Дурно старость. Неперестающее движе-
ние вперед к благу, и чем дальше, тем истиннее, тверже благо.
2) Главная особенность жизни в Боге — это совершенное отсут-
ствие заботы о мнении людском. К этому трудно привыкнуть, так
как переходишь к сознанию жизни в Боге, для Бога, от сознания
жизни в людях, для людей. — Признак того, что живешь для Бога, тот, что не нуждаешься в суждении людей — они не могут уже вли-
ять на тебя. И я, слава Богу, начинаю уже испытывать это, как под-
нявшийся на ноги качающийся ребенок. «Дыбочки! Дыбочки!»
3) Да, несомненно, все люди должны переживать три степени
ясности сознания. Первая — когда ограниченность божественной
силы в тебе принимаешь за отдельное существо. Не видишь сво-
ей связи с бесконечным началом. Второе — когда видишь, что сущ-
ность твоей жизни есть дух, но, не отрешившись от понятия своей
отдельности, думаешь, что твой дух в теле — отдельное суще-