- Я рада вас видеть, заходите, не стойте там, - звонко проговорила она.
Он вошел. Ее комната оказалась просторной и светлой. Большие окна третьего этажа, не запиравшиеся на ставни, отлично освещали помещение. Пропустив студента вперед, девушка закрыла дверь и предложила ему присесть на кровать. Девушка устроилась напротив него.
- Амалия, - начал Сен-Жермен, набравшись храбрости. - Вы прекрасны, как цветок розы. Я знаю, что это может прозвучать наивно, но те теплые чувства, которые я к вам испытываю, никак не могут заставить меня молчать.
Девушка опустила глаза. Как умный человек, она догадывалась, чем может закончиться подобная речь.
- Амалия, я люблю вас. Мое чувство также сильно, как и мое намерение похитить вас и увести куда скажите. Только изъявите свое согласие и все свершиться немедленно. Вы будете моей женой?
Бледное лицо девушки зарделось румянцем. Робко подняв глаза на молодого человека, Амалия, едва заметно улыбнулась.
- Луи, я знаю, вы хороший человек, честный и смелый, для любой девушки ваше предложение стало честью, но я не могу принять его.
Сен-Жермен чувствовал бы себя гораздо легче, упав на его голову тяжелый обух, чем услышав эти слова из уст Амалии. Мир вдруг померк, и на несколько мгновений стало тяжело дышать. От оптимистического настроения не осталось следа.
- Но почему? - еле выдавил из себя студент. - Если все дело в золоте, то не тревожьтесь, я совсем скоро начну хорошо зарабатывать, я на последнем году обучения университета. Я стану великим лекарем.
Амалия с жалостью в глазах посмотрела на него.
- Несколько дней назад я встретила любовь всей своей жизни. Я догадывалась, что вы испытывали ко мне романтические чувства, и хотела сама вам рассказать. Но раз уж вы, как истинный рыцарь решились на такой смелый и галантный поступок, то не обессудьте и позвольте мне предложить вам дружбу. Иметь такого друга, честь для любого человека.
"Ведь это ложь! Этого просто не может быть!": думал Сен-Жермен. Для него все произошедшее выглядело, как безумный спектакль, драма, разыгранная бродячими артистами на улицах Парижа.
- Можно узнать, кто ваш жених?
- Разумеется. Его зовут Франсуа. Сын Маркиза Метранского. Очень милый и добрый сударь.
- Не сомневаюсь, - только и смог выдавить из себя Луи.
-Ну, так, что вы принимаете мою дружбу?
- Извините, но нет, - сказал он и опрометью ринулся из комнаты. Его пошатывало.
Девушка так и осталась сидеть на своем месте, лишь грустно опустив голову.
"Маркиз! Это заговор. Все завязано лишь на деньгах, будь они прокляты!": думал молодой человек, спускаясь по лестнице.
Покупатели успели разойтись и скрыться незамеченным от взора мсье Бертильена в этот раз, не вышло. Мясник окликнул молодого человека, когда он уже собирался покинуть это опротивевшее ему место.
- Молодой человек пойдите-ка, сюда, - раздался властный бас хозяина дома.
Луи нехотя подчинился. Его не интересовало, что скажет этот корыстный человек, но в его словах могла содержаться разгадка сегодняшней трагедии.
- И долго вы собираетесь сюда ходить? - спросил его мясник. - Я хочу, чтобы вы ясно представляли, что не пара моей дочери. Она предназначена другому. Молодому человеку, из известной и влиятельной семьи, у которого есть кое-что в кошельке.
- Но позвольте, моя фамилия тоже достаточно известна, - сказал в ответ Луи. - Мой покойный батюшка являлся знаменитостью. Сейчас у меня просто временные финансовые трудности. Но я обязательно стану великим лекарем и я уже на пути к этому!
- Вот станете, тогда и объявляйтесь, а сейчас прошу покинуть этот дом!
Не говоря больше ни слова, Сен-Жермен направился к выходу. Свежий вечерний воздух оказался для молодого человека, как бальзам. Надо отдышаться и придти в себя. Встряхнув головой, разбросав длинные до плеч светлые волосы во все стороны, студент посмотрел на небо. Уже появились первые звезды. Рыночная площадь опустела. Лишь редкие прохожие время от времени показывались на ней.
- Так, что же случилось? - спросил он сам себя. - Это действительно наяву, или мне все привиделось в дурном сне?
Луи действительно не знал ответа на этот вопрос. Все его мечтания казались такими реальными, что до них можно легко дотронуться рукой и ощутить все то, что кажется сейчас таким далеким. Ничего не осталось.
"Ну, неужели она оказалась такой же, как и ее отец, или же она влюбилась в сына маркиза?": размышлял молодой человек, стоя возле двери злополучного здания. "В любом случае, Амалия навсегда для меня потеряна".