Кузнецов отрицательно покачал головой: умыкнуть из канцелярии «предмет» пока не удалось.
– Закрыто?
– Да какое там! Не канцелярия, а проходной двор! Ходят и ходят… – прошипел он раздосадовано, направляясь на своё место.
Для безлюдной канцелярии такое оживление было странным, если только причиной неожиданной популярности этого кабинета ни послужила как раз головная боль самого Кузнецова. Глянуть бы на лица посетителей этого «проходного двора», подумал Фима, и не на входе, а на выходе.
– Молодые люди, потрудитесь пройти на свои места, – помешал рассуждениям Фимы математик. – Звонок для всех.
Астрономия Фиме нравилась, измерениями он увлёкся быстро и снова чуть не пропустил самое интересное. Где-то на задних партах и как-то незаметно голоса переросли из привычного полушёпота – «Циркуль есть? Я свой дома оставил», – в настоящую потасовку – «А ну повтори! Повтори, я сказал!» – «И повторю!»
Когда Фима обернулся, сзади уже дрались. Что странно, Кузнецов. Что ещё более странно, с лучшим другом Минаевым.
Взвизгнула Кити, в стул которой въехала парта: «Вы чего!» А парни уже молотили друг друга на полу.
– Кузнецов! Минаев! Прекратите немедленно!
Стук учительской указки по столу быстро восстановил тишину, но поднявшиеся на ноги нарушители спокойствия дышали пока тяжело и продолжали смотреть друг на друга исподлобья. Кузнецов был глистой, но длинной. Минаев пониже, но шире и опаснее. Стоя, они возвышались над классом, как две не залитых бетоном сваи, грозя в любую секунду накрениться навстречу и столкнуться.
– А чего он? – хныкнул Кузнецов, как в детском саду, только басом.
– Вон из класса! Оба!
Как? Куда? А расспросить? Нет, Фима сегодня положительно умрёт от любопытства.
«Сваи» прошагали на выход по разным проходам и упрямо столкнулись в дверях плечами.
– Не советую вам драться в коридоре, молодые люди! Отправляйтесь прямиком в учительскую. К завучу.
На этом порядок в классе был практически восстановлен. Только Фима никак не мог успокоить своё любопытство. Он сопел и вертелся, прислушиваясь к обрывкам разговоров впереди, сзади и через проход…
– Зубилевич! – позвал он наконец.
Нина сидела как раз через проход и обычно именно по её разговорам с соседкой по парте Фима запросто вычислял происходящее. Сейчас Зубилевич молчала и старательно выводила в тетради дугу. Но ему ответила.
– Чего тебе, Кастер?
– Что там случилось у Кузнецова с Минаевым?
– А ты не понял?
Фиме стало неудобно. Он отвернулся и постарался сосредоточиться на вычислении расстояний между небесными телами, но выдержал недолго.
– Зубилевич!
– Кастер! – голос учителя прозвучал намного ближе, чем ему полагалось. – Вероятно, вам также хочется прогуляться до учительской?
– Извините, больше не повторится, – пробормотал Фима. Любопытство любопытством, но Фима шёл на хороший аттестат и учителей дразнить не хотел. В институты ожидающих призыва не принимали, это он знал, но планировал поступить в индустриальный на заочное, чтобы совместить обучение со службой в Красной армии.
Учитель отошёл со словами: «Ну, смотрите сами. Если захотите помочь Кузнецову и Минаеву, то прошу на выход». Сзади пошутили: «Они и вдвоем справятся». Вокруг засмеялись. Учитель снова призвал к тишине, и так понемногу урок вернулся в своё русло, только Фима никак не смог избавиться от ощущения подвоха.
– Зубилевич! – позвал он наконец, как только прозвенел звонок, и математик, торопясь в учительскую, вышел из класса.
– Да что с тобой, Кастер, заучился? Лучше бы, и правда, пошёл с ними. Помог бы, постоял бы на стрёме.
Чего?
В это время класс взорвался приветствиями на разные голоса. Фима обернулся. В дверь входили Кузнецов с Минаевым. Довольные и счастливые. Кузнецов шустро проскочил к своей парте, схватил портфель и направился к выходу. По пути он подмигнул Фиме и прокричал старосте: – Дмитриева! Мне нужно обработать ссадины! Я в медпункт, а оттуда – домой. Извинись за меня перед математиком.
И исчез в дверях, а Минаев остался принимать поздравления.
Потом, конечно, был скандал, ведь из канцелярии исчезла важная вещь, и не на перемене, а во время урока! Математика превратилась в цирк: в десятый класс заходили по очереди то завуч, то директор, то классный руководитель, все интересовались, где Кузнецов. Сначала Ира Дмитриева направляла их в медпункт, но потом пришла медсестра с тем же вопросом, и стало понятно, что на территории школы им сегодня Кузнецова не найти, вероятно, он ушёл лечить свои ссадины дома.