– Здравствуйте, вы Дарина? – сразу же спросила я.
– Здравствуй, ты от Беллочки? – в ответ прозвучал мягкий голос. Дождавшись моего утвердительного кивка, она продолжила: – Первокурсница?
– Да, я только поступила, и, кроме формы, у меня совсем ничего нет.
Женщина всплеснула руками и тут же повела меня в примерочную, скрытую от посторонних глаз. Вскоре она собрала мне несколько комплектов нижнего белья, теплые носки, мягкие полотенца, уютную пижаму и легкий костюм для прогулок по городу. Вспомнив о просьбе Мефа, я попросила добавить к покупкам маленькую подушку. Дарина, как и другие торговцы, предложила доставить все прямо в комнату.
– На первое время этого хватит. Через месяц приходи, подберем тебе теплую куртку, как раз начнут холодать, – заботливо произнесла она.
В лавке я оставила почти все свои деньги, в кошельке звенело лишь несколько серебряных монет. На улице меня уже ждал Лив.
– Закончила с покупками, Ирэн? – поприветствовал он меня. – Я тоже все уладил, пора возвращаться. Ты уже была в библиотеке?
– Да, еще вчера, – ответила я, и мы направились в сторону университета.
Мы шли неспешным шагом и, завернув в очередную глухую подворотню для сокращения пути, застали неприятную картину: маг в черном плаще с капюшоном атаковал юного феникса. Хотя через мгновение я поняла, что это была не атака, он пытался его поймать полупрозрачной черной сетью. Феникс отчаянно уклонялся, но не мог взлететь, одно его крыло было неестественно прижато к телу. Мой спутник мгновенно преобразился, собравшись в тугую пружину, и обрушил на незнакомца град заклинаний. Увидев нас, неприятель не стал отбиваться, он просто исчез в черном дыме.
Во время данной короткой сцены меня захлестнула волна страха и обжигающей злости на колдуна в капюшоне. Я впервые увидела магию в действии, и зрелище это было далеко не прекрасным. Поддавшись смешению чувств, я осторожно приблизилась к фениксу, боясь спугнуть его, и увидела, как черная сеть, словно липкая паутина, обволакивает одно из его крыльев. Не раздумывая, я резко сорвала сеть. Оказавшись в моей руке, она вспыхнула злобным пламенем и рассыпалась пеплом. Освобожденный феникс, почувствовав свободу, поспешил взмыть ввысь.
– Ты маг смерти? – тон эльфа был полон странного удивления.
– Да, но мой дар еще спит, – ответила я, все еще не оправившись от потрясения.
– Уже не спит. Ты же видела сеть? – и после моего кивка Лив продолжил, уже с раздражением в голосе: – Я понимаю, что тебя еще не обучали, но неужели сложно догадаться, что нельзя трогать неизвестные магические плетения, не имея нужных знаний! Сеть была создана магом смерти и привязана к артефакту. Фениксу она бы не навредила, лишь сковала, а вот ты, будь у тебя другой дар, могла лишиться руки!
– Я сделала это интуитивно, – беспомощно развела я руками.
– Просто повезло, что сильные эмоции спровоцировали активацию твоего дара, – смягчился Лив. – Пошли отсюда, пока этот мерзавец не надумал вернуться.
Уже в дороге я не удержалась: – Почему он не стал драться? Просто растворился в воздухе. Неужели не видел, что мы всего лишь студенты? Ничего серьезного мы бы ему не сделали. – Во-первых, он мог быть слабым магом, – отозвался Фейливрин. – Силу его заклинаний я не почувствовал, он явно пользовался артефактом. Во-вторых, отлов магических существ строго запрещен и карается смертью. Они должны сами приходить к магам по своей воле. Вот он и сбежал, чтобы мы не успели его разглядеть. – Кто он вообще? – Судя по медальону, мелькнувшему у него на груди, – приспешник Темного Бога. Есть кучка фанатиков, одержимых идеей его возрождения. – Расскажи про Богов Фимура, – попросила я, отпрыгнув от потока воды, едва не окатившего меня из окна. – Мы как раз проходим мимо Храма всех Богов, – указал он на живописное здание, возникшее из-за угла на небольшой площади. Квадратное строение с большими витражными окнами, словно сплетенными из цветной мозаики, венчала темная многощипцовая крыша, увитая плющом. Фейливрин схватил меня за руку и потянул ко входу.
Внутри оказался просторный зал, залитый светом, проникающим сквозь витражи и рассыпающимся цветными бликами по полу. Напротив входа возвышалась огромная статуя, а вдоль каждой стены застыли еще по четыре изваяния поменьше. Мы приблизились к самой большой, и эльф начал свой рассказ: