– Каковы его свойства, магистр? – спросила Марианна.
– Это древний амулет удачи, – подтвердил он слова Мефа. – Но он совсем не прост. Чем больше его носишь и пользуешься подаренной удачей, тем больше неудач на тебя посыпется, если его снять. Поэтому использовать его надо крайне аккуратно и недолго.
Мы поблагодарили преподавателя и решили, что он будет храниться пока у Марианны, но каждый сможет его использовать в случае крайней нужды.
Глава 12
Глава 12
Наконец наступил выходной, и я отправилась в Лесовицу, чтобы выполнить задуманную цель. Со мной в путь собрались Меф с Феней и Турин с Гроздом. Причем Турин просто решил, что мне нельзя ехать одной из-за постоянно появляющихся возле меня приспешников Чернобога. Я была совершенно не против, потому что в компании ехать всё равно веселей.
В этот раз мы арендовали магическую повозку, что было дороже лошади, но во много раз быстрее. Повозка отдалённо напоминала вагончик на четырёх колёсах, но более изящно сделанный, с тонкой резьбой и металлическими вставками по бокам. Она была полностью крытой, с обзорным стеклом спереди, имела три ряда сидений, первое из которых было рассчитано на две персоны, которые могли поочерёдно управлять повозкой, остальные сидения вмещали до трех пассажиров каждое. Чтобы доехать до нужной точки, нужно было при помощи заклинания ввести координаты в артефакт, расположенный на панели, и повозка начинала движение строго по проезжим дорогам. Но всё было не так просто, повозка не объезжала никакие препятствия, а просто тормозила перед ними при отсутствии управления. Именно поэтому на переднем сидении между двух пассажиров находился рычаг управления, при помощи которого можно было направить повозку в правую или левую сторону, объезжая всадников или простых прохожих, задействовать его могли оба пассажира, сидящих спереди.
Мы выехали рано утром и повозкой управлял в основном Турин, а я любовалась видами из окна. До деревни мы доехали ближе к обеду, и за время нашего пути я в деталях узнала применение каждой из линз на гогглах Турина. В конечном итоге мне хотелось его стукнуть, но я сдерживалась, понимая его восторг и увлечённость.
Прибыв в деревню, мы сразу отправились к Святогору. Который снова вышел к нам в навстречу.
– Доброго денёчку. Что заставило вас вернуться? Забыли чего? – поприветствовал нас староста.
– По делу мы к тебе Святогор, – сказала я. – Где мы можем побеседовать?
Святогор пригласил нас к себе в дом и усадил за стол, который сразу же принялась накрывать его жена Злата, красивая, улыбчивая молодая женщина с толстой русой косой и огромными серыми глазами.
– Хочу приобрести дом травницы, – заявила я, стараясь не ходить вокруг да около.
Но тут Турин положил мне руку на плечо, давая понять, что разговор продолжит он.
– Сколько просишь за него, Святогор? – спросил гном серьёзным тоном, мгновенно преобразившись и словно повзрослев.
– Цену свою я уже называл. Двести пятьдесят золотых.
И тут началось… Я впервые стала свидетельницей гномьего торга. Турин пустил в ход все известные ему приемы: он рассказал о моей одинокой судьбе, о том, какая я юная и неопытная и вообще баба, с которой спрос должен быть меньше. По итогу сбил цену на двести тридцать пять золотых. И когда они договорились на конечной цифре, Святогор хлопнул ладонью по столу.
– Хорошая сделка! Теперь вижу, что толковым людям отдаю. Но дом использовать только для проживания. А то мало-ли, что вам магам в голову взбредёт.
После вкуснейшего обеда, которым нас угостила Злата, я передала старосте монеты и подписала договор в двух экземплярах, один из которых оставила себе. Я предупредила Святогора, что в ближайшее время заселяться не планирую, так как покупка эта – задел на будущее, но буду иногда наведываться и присматривать за своим новым имуществом.
На обратной дороге Турин вдруг задумчиво спросил:
– Зачем тебе этот дом?
– А я, друг мой, мечтаю перевезти сюда родителей, если они, конечно, согласятся.
– А если ты, как и многие, не захочешь учиться дольше второго курса? – с сомнением в голосе спросил он.
– Турин, я пока не представляю, что должно случиться, чтобы я отказалась от дальнейшей учебы. Я тебе больше скажу: моя следующая цель – накопить на платное обучение! – уверенно ответила я. И оставшийся путь мы провели, каждый погруженный в свои мысли.
Посреди следующей недели, после лекций мы, с подошедшим Фейливрином, собрались около входа в кухню.
– Заходите, ребятушки, чего столпились? Не стесняйтесь.
Мы вошли внутрь. Кухня поражала своими размерами и обилием света. В самом центре выстроились в ряд плиты, на которых шипели и скворчали сковородки, а в огромных кастрюлях что-то аппетитно булькало. Над кастрюлями и сковородками летали ложки и лопатки, то размешивая, то переворачивая содержимое. Вдоль стен возвышались шкафы, заставленные ковшами, тазами, кастрюлями, сковородками и прочей кухонной утварью всех размеров и мастей. На полках, коих было великое множество, красовались крупы, мука, масло, приправы и россыпь разноцветных баночек. Между полками висели картины мирных полей и дремучих лесов, а на свободных поверхностях красовались вазы с полевыми цветами и блюда с дымящимися пирожками. Над разделочными столами парили ножи, то и дело что-то разрезая, очищая и шинкуя, а к кипящим кастрюлям и сковородкам периодически подлетали разнообразные баночки с полок и добавляли своё содержимое, после чего тут же возвращались на место.