Дэймен открыл было рот, словно собираясь возразить, но передумал и покачал головой.
— Ну ладно, — вздохнул он. — Ты вообще хоть как-то с ним пересекался за все это время?
— Вообще-то да, — ответил Зориан. — Ближе к концу цикла он толкает одну девушку в багровый плющ и приходит ко мне за снадобьем. Раньше я уходил из комнаты, когда он должен был подойти, а сейчас и этого не требуется. В дом Имайи он никогда не приходит.
— Что бы ты ни делал в цикле, он все равно толкает девушку в багровый плющ? — нахмурился Дэймен.
— Насколько я знаю, да, — подтвердил Зориан. — Девушка без памяти в него влюблена, если тебе это о чем-нибудь говорит.
Дэймен задумчиво посмотрел на него.
— Наверное, это лучше, чем ничего. Но правда, Зориан, тебе обязательно быть столь мелочным и равнодушным? Я знаю, в детстве вы с ним не ладили, но это уже чересчур. Ты слишком лелеешь старые обиды.
— Тебе легко играть миротворца, — Зориан защитным жестом скрестил руки на груди. — Не ты годами терпел этого засранца.
— Я всего лишь прошу дать ему еще один шанс, — сказал Дэймен. — Как ты дал его Кириэлле, взяв с собой в Сиорию. Если ты ошибался на ее счет, то может, и с Фортовым так же?
— Но я не ошибался на ее счет, — поправил Зориан. — Я не хотел брать ее с собой, потому что она мелкая эгоистичная сплетница, будет отвлекать от учебы, а потом еще и разболтает обо всем матери. Все это правда, просто меня это уже не волнует. Если смогу вырваться из петли — мое будущее гарантировано. Я могу позволить себе слегка отвлечься, и не страшно, что Кириэлле расскажет матери — я достаточно могуществен, чтобы делать, что хочу, не оглядываясь на родителей.
К его удивлению, Дэймен не разозлился. Только грустно улыбнулся и покачал головой.
— Отец и мать так беспокоятся, что я совершу ошибку, что срываются в Кос, отговорить меня от женитьбы. И совершенно не замечают кризис прямо у себя под носом, — сказал он. — Хреновая мы семья, верно? И, что страшнее всего, очень скоро я обо всем этом забуду, не так ли? После летнего фестиваля все исчезнет, как не бывало. Это так несправедливо. Как я могу решить проблему, о которой даже не помню?
— Не думаю, что ты смог бы исправить нашу семью, даже будь у тебя все время мира, — сказал Зориан. — Но да, если задуматься — петля угнетает. Учитывая происходящее, ты еще хорошо держишься.
— Наверное, потому, что стараюсь о ней особо не задумываться, — пробормотал Дэймен. — Но теперь, когда время кончается, мысли постоянно возвращаются к петле. Тем более, что я столько сделал за последние недели. Так много узнал. Важного. Меня устрашает и бесит мысль, что я все это утрачу.
— Ну, уверен, ты слышал о записях, что я сохраняю из цикла в цикл для некоторых людей, — заметил Зориан. — Если это настолько важно — запиши и передай мне.
— О? — улыбнулся Дэймен. — То есть я тоже могу рассчитывать на особое отношение? Должен сказать, твои слова о нашей семье заставили меня побеспокоиться. Что, если ты собирался просто забыть обо мне в следующих циклах? Ты уже знаешь, как найти сферу, и не питаешь ко мне нежных чувств…
Зориан смущенно посмотрел на него. Вообще-то такая мысль приходила ему в голову. Хоть старший брат наверняка пригодился бы при поисках остальных Ключей, Зориану очень не нравилось на него полагаться. Это было просто… неправильно. А если Дэймена еще и долго убеждать в реальности петли, то стоит ли вообще стараться?
В итоге он осознал, что просто ищет отговорки. Им нужна любая помощь, тем более — помощь Дэймена. Хотя бы потому, что снижать их шансы на успех из-за личных предубеждений — нечестно по отношению к Заку.
К тому же…
— Ладно. Я ошибался на твой счет, — тяжело вздохнул Зориан. — Ты по-прежнему меня раздражаешь, но… ты не так плох, как тот Дэймен, что живет у меня в голове.
Ему было нелегко это сказать, но это правда. Может быть, Дэймен изменился, живя вне дома и не общаясь с братьями, а может, его представление о старшем брате изначально не было верным. Так или иначе, этот Дэймен был куда отзывчивее и рассудительней, чем темный гигант, в тени которого прошло детство Зориана.
— Даже не знаю, ошибался ли ты на самом деле. Каковы бы ни были причины, другой брат и сестра тоже меня не любят. Я, очевидно, скверный старший брат. Это очень отрезвляет, — задумчиво сказал Дэймен. И помотал головой, отгоняя лишние мысли. — Но довольно о грустном. Ты упоминал тетради, что сохраняешь для Ксвима и остальных. Вчера я поговорил с Ксвимом, он рассказал о ваших переговорах с многочисленными экспертами.