Зориан видел, что профессор не обижается всерьез — просто дружески указывает, что учебу в академии можно использовать полнее. Увы, при всем его дружелюбии, травматические воспоминания и мозговые крысы в стенах не способствовали полному доверию. Так что он просто кивнул и продолжил разговор.
— Позволь я кое-что уточню, — начал Зеномир. — Этот документ, что ты хочешь перевести — единичный, или ты планируешь сотрудничество с кем-то из Аранхала?
— Проект, над которым я работаю, включает некоторое взаимодействие с аранхальцами, — неохотно признал Зориан.
К счастью, профессор ничуть не удивился его намерению активно сотрудничать с жителями другого континента. Зориан ожидал хоть какой-то реакции — но ее не последовало.
Еще минут десять они обсуждали условия. Зеномир задал пару вопросов о сути "проекта", но, к счастью, удовлетворился ответом, что это секретная информация. Он подтвердил, что вполне способен выполнить перевод, хотя на это уйдет пара дней — и это будет недешево. Впрочем, Зориана это вполне устраивало, о чем он тут же и сообщил — но старый профессор внес новое предложение.
— Осмелюсь предположить, что просто нанять переводчика будет не лучшим решением, — сказал Зеномир. — Думаю, тебе стоит уделить время и самому выучить язык. Ты не поверишь, сколько оттенков смысла теряется при переводе, да и партнеры оценят, если ты сможешь общаться с ними напрямую.
— Но я вряд ли буду иметь какие-либо дела с Аранхалом по завершению этой работы, — нахмурился Зориан. Что-то подсказывало ему, что отсутствие языкового барьера ничуть не улучшит его отношений с разработчиками корабля. — Столько напрасных усилий ради одного проекта.
— Изучение языка — не напрасные усилия, молодой человек, — укорил его Зеномир. — Оно развивает разум и расширяет горизонты! К тому же, тебе не придется начинать с чистого листа. Аранхальский икосианский отличается от стандартного, но не до неузнаваемости.
— Тоже верно, — согласился Зориан. Скорее, как самобытный диалект со множеством слов, заимствованных из языка аборигенов, что жили там до завоевания икосианами. Как, впрочем, и многие диалекты икосианского на Алтазии. — Но все равно потребует изрядных усилий — не все могут похвастаться такой склонностью к языкам, как у вас, профессор Олгай. Не сочтите за дерзость.
— Хм… Подожди минутку, — сказал профессор и, не дожидаясь ответа, резво вскочил и скрылся в подсобном помещении.
Он пробыл там минут десять — судя по доносящимся сквозь дверь звукам, выдвигал ящики и рылся в бумагах. Зориан вздохнул. Все это длилось куда дольше, чем он ожидал…
Наконец, старый профессор вернулся в кабинет, принеся высокую стопку книг, папок и отдельных листов бумаги. Стопка была столь велика, что дверь пришлось открывать локтем — что он и сделал с наработанной легкостью. Зеномир бухнул стопку на стол перед Зорианом и указал на нее:
— К вашему сведению, молодой человек, это — небольшая выборка словарей, справочников и записок, касающихся аранхальского икосианского, из тех, что нашлись в моей кладовой…
— У вас в кладовой совершенно случайно нашлись материалы по Аранхалу? — скептически уточнил Зориан.
— О, чего у меня там только нет, — отмахнулся Зеномир. — Иные преподаватели редко бывают в своих кабинетах, но я работаю в основном здесь. Вот и держу большинство материалов под рукой. Так вот, почему бы тебе не взять это все и не попробовать перевести часть документа самостоятельно? Если сумеешь меня впечатлить, остальное я переведу бесплатно.
Зориан открыл было рот сказать, что он бы предпочел заплатить сразу, но Зеномир и слушать ничего не хотел.
— Бесплатно! — подчеркнул он. — У вас что, много лишних денег, молодой человек? Не спеши с ними расставаться. И не волнуйся, я не очень требователен. Просто постарайся, и уверен, у тебя все получится. Как знать, может, даже откроешь в себе спящую страсть к языкам, а?
В последнем Зориан что-то сомневался, но видел, что спорить бесполезно. К тому же, если подумать, кое-какие познания в аранхальском икосианском не повредят. Возможно, ему придется допрашивать кого-то из разработчиков, а делать это с языковым барьером куда сложнее. Даже телепатия мало чем поможет — язык слишком сильно влияет на мышление.