— Ангел сказал мне о закладках, что упоминала Сильверлэйк. Это не просто локальный эффект вроде божественного оберега или записанного заклятья, — Зориан убрал куб обратно в карман. — Это защита, вшитая в ядро нашего мира… и её активация повлечёт глобальный эффект. Я не знаю, какими будут последствия, но нет никаких гарантий, что Улькуаан Ибаса не пострадает.
Кватач-Ичл слегка нахмурился, молча слушая его.
— Не менее важно, — продолжил Зориан. — То, что если первозданный освободится, ангелы получат право вмешаться в дела материального мира. И в этом случае они собираются устранить всё, что их не устраивает. Вроде людей, сбежавших из временной петли, или одного надоедливого лича, что заварил всю эту кашу…
— Понятно, — спокойно сказал Кватач-Ичл. — Хочешь сказать, если я выпущу первозданного, то мной займутся ангелы.
— Да, — подтвердил Зориан.
Лич пристально смотрел на него, словно пытаясь заглянуть в его душу и понять, говорит ли он правду. Зориан без колебаний встретил взгляд бессмертного мага. Прошедшие годы и пройденные битвы закалили его, он не боялся.
— Думаю, ты преувеличиваешь, — наконец сказал Кватач-Ичл, отводя взгляд и задумчиво постукивая пальцем по ноге. — Да, такая опасность определённо есть, но ангелов связывают многие запреты. В любом случае, если бы я боялся риска, то никогда не стал бы тем, кто я сейчас. Одно из главных достоинств лича — можно ввязываться в сумасшедшие авантюры и не умирать… окончательно.
Зориан нахмурился. Сказать по правде, он не рассчитывал переубедить лича — но и не думал, что тот просто отметёт предупреждение. С другой стороны, он прав — личи идеально подходят для рискованных авантюр. У них есть точка воскрешения, что почти так же хорошо, как временная петля.
Ну что же. Попытаться стоило.
— Потом не говорите, что я вас не предупреждал, — покачал головой Зориан и отвернулся, собираясь уходить.
— Ты собираешься вывезти своих близких в Кос, в поместье Тараматула? — внезапно спросил Кватач-Ичл.
Зориан дернулся, рывком разворачиваясь к личу. И потрясённо уставился на него.
— Не надо так на меня смотреть. Сильверлэйк знает об этом, так что само собой, я и этот Джорнак тоже знаем, — прямо сказал лич. — Не стоит этого делать. Каким-то образом за время петли Джорнак разобрался в устройстве моих врат, паршивый ворюга. Прямо сейчас, пока мы разговариваем, он отправляет симулякрума в Кос, строить врата. Отправишь всех близких туда — отдашь их ему прямо в руки.
— Почему… — начал было Зориан.
— Он мне не нравится, — сказал Кватач-Ичл. — К тому же, он собирается подмять весь континент. Хотел бы я сказать, что он самоуверенный дурак, замахнувшийся на то, что ему не по плечу — но эта ваша петля — чертовски сильный аргумент. Если он прав и первый император Икосии пришёл к власти тем же путём — я не могу игнорировать угрозу. Предпочту, чтобы к концу месяца его не стало, даже если это означает вашу победу. По крайней мере ты и мистер Новеда лишены политических амбиций.
— А если это означает провал вашего вторжения? — поинтересовался Зориан.
— Вы согласились на перемирие ещё и потому, что у вас всё равно остаётся шанс победить, даже с этой уступкой, — сказал лич. — Я оцениваю свои шансы так же. Увидимся на поле битвы, мистер Казински.
И прежде чем Зориан успел ответить, Кватач-Ичл исчез.
Вскоре после этой встречи Зориан отправился переговорить с Копьём Решимости. Отчасти для того, чтобы пересказать итоги — пусть она и не участвовала в переговорах, она по-прежнему важный союзник, знающий о петле. К тому же именно аранеа проводили больше всего рейдов против захватчиков и их мозговых крыс, так что следовало незамедлительно сообщить ей о перемирии.
Но видел бы их сейчас кто-то из своих — не поверили бы глазам. Зориан и Копьё Решимости встретились не в подземельях Сиории — они прогуливались по центральному парку, на виду у всех. Бесчисленные толпы людей всех возрастов прохаживались по аллеям, разговаривали, спорили и смеялись — но никто не обращал особого внимания на подростка и гигантского паука. Некоторые с любопытством косились на Копьё Решимости — очевидно, они прекрасно её видели — но потом, как ни в чём не бывало, продолжали свой путь, не беспокоясь о гигантском пауке в центральном парке.
Пробегавшие мимо дети уронили мячик; матриарх ловко остановила его длинной волосатой ногой — ноги аранеа были куда проворнее, чем казалось Зориану — и легонько толкнула назад. Дети смущенно поблагодарили её и тут же убежали, громко споря о чём-то своем.