Вопросов никто не задавал, и вскоре вся компания вчерашних школьников мокла под душем, а перед ними стояли все те же охранники, один из которых снимал происходящее на смартфон.
- А теперь встаньте парами, парни с девушками, - скомандовал начальник через минуту и выключил воду. – Семейная пара в центре, а две другие – по бокам… Хорошо. Теперь намыльте руки и мойте друг друга – сначала парни девушек, а потом наоборот… - Прошла ещё пара минут, после чего начальник скомандовал: - Достаточно. Сейчас я опять включаю воду, а вы обнимайтесь и целуйте друг друга под душем. А ты, Дима, сначала сними центральную пару, а потом всех.
- Отлично! – воскликнул он, когда сцена была снята полностью. – Теперь объясняю. Вчера, занимаясь монтажом фильма, я поменял его название: теперь он будет называться «Преступление и очищение», и смысл его будет таков: после любого преступления, причиной которого часто становится ненависть к другим людям, человек может очистить своё сознание и совесть только двумя способами – через наказание и через любовь к другому человеку. Именно это и символизирует ваша помывка в тюремной душевой. А теперь осталась всего лишь одна сцена опять-таки с простым и наглядным смыслом: только с чистыми мыслями человек может возвращаться в общество. И потому вы сейчас выйдете на улицу и немного по ней пройдетесь именно в таком виде, в каком сейчас находитесь. Давайте, вытирайтесь, и за мной.
- Что, голышом на улице? – воскликнула Кристина. – Мы так не договаривались! Там же люди ходят!
- Нет. Именно в это время на нашей улице народа не бывает, так что не бойтесь, никто вас не увидит.
Больше никто возмущаться не стал, и потому через несколько минут шестеро молодых обнаженных людей, выстроившись в ряд и взявшись за руки, шагали по улице. Двое охранников шли перед ними; один из них был начальником, а другой как всегда снимал всё на смартфон. Как и ожидалось, улица была совершенно пуста, но не успела вся компания повернуть назад, как к ним неожиданно подкатил электромобиль синего цвета, на котором виднелась надпись «полиция», и остановился. Из него вышли два мужчины в полицейской форме, один из них тут же обратился к начальнику тюрьмы.
- Добрый день! Я – капитан Агейкин. И что у нас тут за порнография на улицах города? Это что – гей-парад? И кто его разрешил?
- Добрый! Я - начальник тюрьмы Фролов. Нет, это не гей-парад. Это мои заключенные захотели пройтись по городу, и я решил, что это им не повредит. А голые они просто потому – чтоб не сбежали. Но прогулка только по этой улице и всего пять минут. Мы кстати уже возвращаемся. Разве это запрещено?
- Для прогулок у вас есть прогулочный дворик, а гулять в таком виде по городу конечно запрещено – административный кодекс ещё никто не менял. Потому готовьте штраф по пять тысяч за каждого обнаженного заключенного.
- Капитан, я пошутил. На самом деле по приказу своего начальства мы снимаем рекламный ролик новой одежды.
- Одежды? И почему я её не вижу? Она настолько тонкая и прозрачная? Вы что, недавно перечитали «Голого короля»?
- Да, её нет, но именно потому, что она не нужна. И правда, зачем она нам если здесь нет ни ветра, ни дождя, ни мороза? Солнца – и того нет, а температура вполне комфортна для прогулок без одежды. Зато с ресурсами у нас далеко не так хорошо, как кажется, а точнее – очень хреново. Так зачем нам тратить их на то, что нам не нужно?
- Затем, что у нас есть мораль, которая определяет публичную наготу амо… в смысле, неприличной.
- Так это та мораль, что была наверху, а здесь, внизу нужна другая мораль – та, что поможет нам выжить. И всеобщая нагота – это часть новой морали.
- Я не знаю, о чем думает Ваше начальство, но новую мораль, если она появилась в чьих-то головах, нужно закреплять в новых законах, а их пока нет. В общем так, у вас есть письменное разрешение на такую прогулку?
- Пока нет, но если нужно – то будет.
- А деньги на штраф имеются?
- Вот этого точно нет.
- Тогда садитесь в нашу машину, а Вы, - полицейский посмотрел на охранника, - ведите этих голожопых в тюрьму и больше на улицу не выпускайте, иначе мы и Вас заберем.
Полицейские вместе с начальником тюрьмы сели в электромобиль, немного проехали по кварталу, выехали на главную улицу города и покатили в неизвестном направлении. В то же время вся компания бывших одноклассников, включая Настю, вернулась в тюрьму. Охранник быстро закрыл их в одной камере и не спеша пошёл по своим делам.