К полудню приготовления завершились. Фэн прибыл с небольшим эскортом, точно в назначенное время. На этот раз генерал держался с большей сдержанностью, чем накануне, что я расценил как признак готовности к компромиссу.
— Генерал Фэн, рад приветствовать вас в Дацине, — я встретил его у входа в штаб. — Надеюсь, вчерашнее столкновение с японцами не причинило значительного ущерба вашим войскам?
— Мои солдаты опытные бойцы, — ответил Фэн с легкой улыбкой. — А с такими союзниками, как ваши танкисты, мы можем не опасаться японских провокаций.
Мы прошли в гостевую крмнату, где уже ожидал Воронцов с подготовленными материалами по нефтяному месторождению.
— Прежде чем мы продолжим обсуждение административных вопросов, — начал я, — позвольте представить вам последние данные наших геологов.
Воронцов развернул карты и диаграммы, начав энергичный рассказ о масштабах месторождения и качестве нефти. Фэн внимательно слушал, изредка задавая точные технические вопросы, демонстрируя неплохое понимание темы.
— Впечатляющие результаты, — заметил он, когда Воронцов закончил. — Теперь понятно, почему Советскому Союзу так важен контроль над Дацином.
— Прежде всего, нам важно, чтобы эти ресурсы не попали в руки японских милитаристов, — ответил я. — В этом наши интересы полностью совпадают с интересами Китая.
— Несомненно, — кивнул Фэн. — Вчерашний бой показал, что японцы не оставляют намерений вернуть контроль над регионом. И без вашей технической и военной поддержки китайским силам будет сложно противостоять таким атакам.
— Именно поэтому я предлагаю пересмотреть наш вчерашний разговор, — сказал я. — События развиваются быстрее, чем мы предполагали. Японцы готовят крупное наступление в ближайшие дни. Нам необходимо четкое соглашение о сотрудничестве.
Фэн выпрямился в кресле:
— Я предлагаю следующий вариант: китайская сторона признает ведущую роль советских специалистов в разработке нефтяных месторождений. Контроль над добычей остается за СССР сроком на десять лет. Распределение прибыли: шестьдесят процентов — советской стороне, сорок процентов — китайской администрации.
Я был удивлен такой уступчивостью. Вчера Фэн занимал гораздо более жесткую позицию.
— В обмен, — продолжил генерал, — я прошу гарантий военной поддержки моим войскам в противостоянии с японцами. Техника, боеприпасы, советники. И официальное признание моей администрации как легитимного представителя китайской власти в регионе.
Теперь все встало на свои места. Фэн торговался не столько за нефть, сколько за политическую легитимность и военную поддержку. События последних суток показали ему, что без советской помощи его позиции против японцев весьма уязвимы.
— Ваше предложение приемлемо с экономической точки зрения, — сказал я после короткого размышления. — Что касается военной поддержки — мы готовы обеспечить защиту региона от японской агрессии. Однако вопрос официального признания вашей администрации требует согласования с Москвой.
— Разумеется, — кивнул Фэн. — Но я надеюсь на вашу поддержку в этом вопросе, товарищ Краснов.
— Могу обещать, что представлю ваше предложение в самом положительном свете, — дипломатично ответил я. — А пока предлагаю сосредоточиться на практических аспектах нашего сотрудничества. После переговоров я хотел бы пригласить вас на демонстрацию некоторых образцов нашей военной техники.
Фэн заинтересованно подался вперед:
— С удовольствием принимаю приглашение.
Следующий час прошел в обсуждении деталей соглашения. Мы определили структуру будущей совместной администрации, распределение полномочий, порядок взаимодействия военных подразделений. По каждому пункту достигли разумного компромисса, записывая согласованные позиции в черновик документа.
После завершения переговоров я пригласил Фэна на заранее подготовленный полигон. Китайский генерал, явно интересовавшийся военной техникой, охотно согласился.
Мы разместились на небольшой возвышенности, откуда открывался отличный вид на полигон. По моему сигналу Окунев начал демонстрацию возможностей Т-30.
Тяжелые машины двигались с неожиданной для своих размеров маневренностью, преодолевали препятствия, которые считались непроходимыми для танков. Затем следовали скоростной маршбросок и стрельбы. Три Т-30 поражали мишени с расстояния полтора километра, демонстрируя высокую точность огня.
Фэн наблюдал за учениями с нескрываемым восхищением:
— Впечатляющие машины. Намного превосходят все, что я видел у японцев.
— Это лишь часть нашего технического арсенала, — заметил я. — А теперь, с вашего позволения, еще одна демонстрация.