Она открывает двойные двери, и я замираю на месте. Огромный бассейн с флагами разных стран целиком взят из моей старой олимпийской мечты, но есть и коренные отличия. Такого глубокого, почти бездонного бассейна я в жизни не видел. На пятидесяти-шестидесяти футах внизу виден сплошной ледяной массив с пересекающимися цепями красных холмов – точно как на Европе.
К нам подходит человек в гидрокостюме дайвера. Ларк отдает ему честь и садится в первом ряду трибун.
– Здравствуйте, финалисты. Я лейтенант Барнс, офицер ВМС США, мастер ассоциации дайвинг-инструкторов.
Вот он, мой звездный час. Я расправляю плечи, адреналин поступает в кровь.
– Вы знаете, что сразу же по прибытии финальная шестерка должна будет пробурить ледяной покров и добраться до каменного океанского дна, где мы и создадим впоследствии земную колонию. Операцией будет командовать главный подводник, но пять остальных тоже должны стать сертифицированными ныряльщиками.
А главный, значит, я – больше некому. Кто еще может доставать ценные вещи со дна, как я в Риме? Я скроен для этой цели, как на заказ.
– Сегодня мы проведем вводный урок, – продолжает лейтенант Барнс. – Купальные костюмы у всех имеются?
Мы киваем: Ларк вчера вечером сказала, чтобы мы их надели.
– Хорошо. Надевайте акваланги и выходите на край бассейна.
Хочу сказать, что мне акваланг не нужен, но соображаю, что этот фокус лучше приберечь на потом. Барнс раздает баллоны, шлемы и маски. Слышится легкий гул и бибиканье: к нам движется робот Киб. Лейтенант бежит к нему, у меня встают дыбом волосы на затылке.
– Похоже, баллы нам присуждать будет, – замечает Катя. Если так, то это настоящее состязание! Я и так знаю, что буду первым, но с роботом в качестве судьи это в самом деле напоминает олимпийские игры, о которых я когда-то мечтал.
Заглядевшись на Киба, я забываю о своем главном сопернике.
– Черт. Что он делает? – шепчет Ашер, и я вижу, что успевший раздеться Беккет забирается на трехметровую вышку.
– Ой, – пищит Наоми.
Беккет вытягивается, отталкивается и выполняет безупречную «ласточку». Кажется, это не только мой звездный час…
– Мне вводная лекция ни к чему, лейтенант, – говорит вынырнувший Беккет. Обращается как бы к Барнсу, но смотрит только на Киба.
– Я заметил, – поднимает бровь лейтенант. – Кто-нибудь еще обойдется без моих наставлений или я могу продолжать?
Все мое тело вибрирует. Я не хвастун вроде Беккета, но сейчас определенно должен утереть ему нос. Скидываю одежду, прохожу мимо трехметровой вышки, поднимаюсь на десятиметровую. Внизу кто-то ахает. Мышечная память не подвела: я делаю в воздухе сальто и вхожу в воду почти без всплеска.
Есть! Я переиграл Беккета и по трудности, и по исполнению. Не в силах удержаться, оборачиваюсь к нему в ледяной воде и улыбаюсь с чувством большого удовлетворения. Вот что бывает, когда хочешь выпендриться, Беккет Вулф.
Он вылезает из воды хмурый. Все наши смотрят на меня, у Наоми в глазах смешинка. Надо же, какую умную девочку впечатлил, впору лопнуть от гордости.
Лейтенант Барнс с Кибом подходят ко мне.
– Молодец. Леонардо Даниэли, верно?
– Так точно.
Подтягиваюсь наверх под аплодисменты. Я и забыл, как здорово делать то, что любишь, что у тебя получается лучше всех. На секунду можно вообразить, что я дома, что Анджелика и родители свистят и выкрикивают мое имя с трибуны, как на всех состязаниях, но злобный взгляд Беккета возвращает меня к реальности.
Он мне этого не забудет, могу поспорить.
Глава восьмая
С учетом такого утра хочется, чтобы послеобеденные занятия прошли поспокойнее, желательно в классной комнате. Надо же перевести дух после лазания по космическим капсулам и ныряния в ледяную воду. Но мало ли что мне хочется… оказывается, самая крутизна как раз впереди.
Первые подозрения зарождаются, когда мы с Ларк выходим сначала из здания, а после из кампуса. Там нас ждет челночный трамвай, и Ларк объявляет:
– В воду вы сегодня уже ныряли, а сейчас испробуете воздушный, параболический дайвинг!
Этого только не хватало.
– Леталки-блевалки, – бормочу я.
– Точно! – ухмыляется Ларк, явно не улавливая ужаса в моем голосе. – Облетим вокруг Хьюстона в условиях невесомости на специальном самолете А-300. На высоте двадцати четырех тысяч футов, под углом сорок пять градусов он смоделирует полет по орбите, и вы получите представление о путешествии в космосе.
– Очуметь! – Ашер, Лео и Катя стукаются кулаками, Саки выдает одну из редких улыбок, даже настроение первого племянника вроде бы исправляется. Они что, все экстремалы? Я одна боюсь невесомости? Вон, ладони уже вспотели и пульс ускорился. Я даже на аттракционах не катаюсь с самого детства после печального опыта на «пиратском корабле» в Санта-Монике, потому и не гожусь в астронавты.