Без палящих лучей сверху воздух помещения казался даже прохладным. Тяжелые плотные занавеси недвижимо заслоняли окна, я едва могла различить контуры – очертания сидящего мужчины, лавок и шкафов, диванчиков и стульев.
– Но как? – вскрикнул мужской голос. – Откуда ты взялась?
– Я послала за Винсентой, – спокойно объяснила закутанная женщина. Ее голос, низкий и шипящий, переходил в шепот. – Она пришла из Школы.
Мужчина рассмеялся, и грудной протяжный смех иголками пробрался под мою кожу.
– Сюда невозможно прийти из Школы, – сказал он.
– Невозможно – не то слово, которое можно применить к Регулятору.
Мужчина замолчал. Глубокие мимические морщины на его лице, впитывали в себя частички тени, превращаясь в борозды, будто перед нами творение неумелого резчика по камню. Он перевел на меня взгляд, свет и тьма перестраивались, как мозаика. Губы, скрытые под густыми черными усами, оставались сжаты, а длинные волосы, убранные в косу, открывали покатый лоб и бездонные темные глаза.
– Где я? – спросила я тихо.
– Ты прекрасно знаешь, – улыбнулась женщина. – Ведь нас ты и отправилась искать?
– Ну если честно, то…, – я запнулась, но догадка осенила меня. – То есть вы бежавшие из Школы волшебники?
– Бежавшие – не совсем то слово, – вступил мужчина. – Изгнанные будет точнее. Меня зовут Емог, а моя подруга – Гларлия. Как нам называть тебя?
– Ника.
– Почему ты предпочитаешь называться коротко, ведь Вероника Авентро – звучит значительно? – глаза Гларлии блестели в полумраке, как и у других Провидцев.
– Авентро? – подхватил волшебник. – Неужели?
– Да, – я закусила губу.
– Хаммет бы гордился тобой, – улыбнулась Гларлия.
Я сжала кулаки, усталость в груди мешалась со злобой.
Но дверь резко распахнулась, впуская в помещения волны ослепительно пылающего воздуха. Женщина на пороге была закутана в ткань, так же, как остальные, но под свободным одеянием угадывалась крепко сложенная фигурка.
– Не может быть! – вскрикнула она.
– Винсента, закрой дверь, будь добра, – подал голос маг. – Или ты хочешь, чтобы о нашей гостье узнали все?
Комната снова утонула во мраке.
– Мы не открываем окон из-за жары, – тихо проговорила Гларлия. – Дни тут обжигающие. И наши соседи предпочитают полумрак, – добавила она сдержанно. – Поэтому пока нам нечего бояться.
– Поверить не могу! Но как? – Винсента подошла вплотную, и я неловко попятилась. – Давно я не связывалась с замком… Надо нанести визит фонтану слез…
– Что? Ты связывалась с этим негодяем? – поднялся на ноги Емог, но Гларлия жестом велела ему присесть.
– Нет, – выплюнула Винсента. – Я связывалась с… Оллой…, – она опустила глаза. – С призраком. И дня не проходит, чтобы я не тосковала о милой подруге…
– Оллы больше нет, – вздохнула я.
– Что? – Винсента подняла большие зеленые глаза. – Алевсандр отпустил ее? Я и не верила, что такое может случиться… Мне и горько, и отрадно слышать эту весть.
– Ты знаешь, что это к лучшему, – Гларлия положила руку ей на плечо.
Винсента понуро кивнула.
– Мы должны оповестить всех, – отозвался Емог.
– Это подождет, – ответила провидица. – Мы не можем быть уверены, что…
– Нечестно скрывать Регулятора!
– Может вы посвятите меня в то, что происходит? – я вскочила на ноги. После жаркого воздуха улицы во рту пересохло, и я облизала потрескавшиеся губы
– Ты права, – Гларлия повернулась ко мне. – Пока мы оставим твое прибытие в тайне. Ты попала в антимагическую зону. Наши чары здесь почти не работают. Попасть сюда или выбраться при помощи магических перемещений – невозможно. Ни обитатели школы, ни Абелисса не могут, да и не хотят добираться сюда. А тем, кто приютил нас, вполне удобна наша беспомощность.
– Мы все равно далеко не бесполезны, – вставила Винсента.
– Это так, но наша магия тут слаба.
Маги замолчали.
– То есть вы пленники? – осторожно спросила я.
– Скорее горстка отчаявшихся, которым приходится соглашаться на любые условия. В Ошанской империи все совсем не так, как в Тирляндии. Правит тут единственный император, многие века назад прошедший Кровавой Тропой Горы.
– Иными словами – вампир, – пояснил Емог.
– Вампир? – я слышала об этом и раньше, но теперь осознала, как близко подобралась к этим жутким созданиям.
– Да, Кортексион – вампир. И правит он столько лет, что нам, даже магам, и не снилось. Но у него есть небольшая проблема… Годы берут свое. Даже вампир стареет, если вынужден выходить к свету… Кортексион угасает. И только одно способно продлить его век…