– Она посланница Алтены, и та хранит ее.
– Она – еще ребенок, а ты в своей вере забываешь об опасностях, и подвергаешь ее бесполезному риску. Если… ее слова правдивы, то маги найдут нас. Но Боги…, – Винсента наклонила голову вбок. – Все, что нам осталось – это собственная голова на плечах. Что говорит твой разум Френта? Я не верю тому, что ты пустила собственную судьбу на волю Богов. Во всяком случае, ты до сих пор здесь…
Лицо Френты покраснело, а губы сжались в тонкую линию.
– Как ты смеешь обвинять меня в неверии и трусости? – Френта выплевывала слова. – Мы ждали. И дождались, теперь с нами посланница Богов!
– Да что ты заладила про посланницу? – Винсента прошла внутрь, уголки ее губ устало опустились. – Это ребенок, такой же ребенок, как моя дочь…
Френта перевела дыхание, ее темные глаза снова наполнились злостью.
– Ты слепа, Винсента! Твой разум затуманен, естественный круговорот вещей, Божественный порядок скоро восстановится… Знаки повсюду! И если следовать за ними…
– Знаки тут не при чем, – в глазах Винсенты блеснули слезы. – Мир меняется, но за всеми этими изменениями стоит человек… Не Боги помогли девочке найти нас… Только мы сами можем привести мир к порядку, но для этого нам нужен разум. И немного человечности, чтобы не стать такими же, как Абелисса…
– Но направляет твой разум Бог! – мужчина рядом со мной поднял руки к небу. – Он делает нас отважными и храбрыми, помогает подниматься по утрам и освещает самые темные времена надеждой.
– Не храбрыми, а безрассудными. Не слишком ли великая плата за иллюзию?
Все замолчали, я опустила глаза. А потом сделала глубокий вдох и проговорила:
– С помощью Богов или нет, но я отправляюсь на помощь друзьям.
Винсента долго смотрела на меня, но я выдержала ее взгляд. Эрик… Он был болен, мне нужно было спешить.
В конюшне Френта подвела меня к небольшой лошадке, на которой ездил Емог.
– Молния, – она погладила лошадь по бархатной морде. – Она довезет тебя в целости и сохранности, правда, родная?
Лошадь встряхнула гривой и стукнула копытом, Френта без должных предисловий подняла меня вверх. Поводья скользили в вспотевших ладонях, но я чувствовала небывалую решимость.
– И что я должна делать? – спросила я, расправляя длинный плащ.
– Молния все сделает сама, она умница, – улыбнулась старуха, и заскочила на пятнистую лошадку рядом.
Глава 11
Лагерь магов в Отсеченной долине скрылся в облаке раскаленной пыли. Жар пустыни оседал тяжестью на плечах. Я сжимала поводья Молнии изо всех сил, каждый шаг лошади больно отдавал в спину, но я крепче вжималась в седло и стискивала до хруста зубы.
Жар проникал под громоздкий тюрбан, волосы тяжело облепили лоб и шею, и мысли в голове путались. Воспоминания о прошедшем дне, магах, пустыни сплавились в неповоротливый ком.
Горы долины не угадывались на горизонте, я видела фигуры всадников с обеих сторон, со всех сторон виднелась пляшущая в мареве пустыня.
Я не могла вдохнуть жаркий воздух полной грудью, и голова кружилась от бесконечного полета.
Френта скакала впереди, легко направляя лошадь одной рукой, и я постаралась сконцентрироваться на ее темно-бордовом плаще, развивающемуся передо мной.
Она что-то крикнула, но я не разобрала слов. Тюрбан сполз на лицо, и я неловко вернула его на место, не потеряв равновесие. Руки дрожали от напряжения.
Голова шла кругом, и жар заплывал внутрь вдох за вдохом. Я глубоко вдохнула, но легче не стало. Перед тем, как провалиться в забытье, я увидела лицо Эрика – его тонкие губы сложились для того, чтобы произнести мое имя. Мне нестерпимо захотелось откликнуться, но я не смогла.
Когда я открыла глаза, мир перестал трястись, а приглушенные лучи проскальзывали сквозь навес над головой. Меня окружили обеспокоенные лица магов.
Мышцы ныли, словно я все еще сидела в седле, живот скрутило, а липкая тошнота окатила целиком. Я попыталась присесть, и меня вырвало. Неприятный запах затопил нос и горло.
– Перегрелась, – прогремел над ухом мужской голос, а к губам прислонилась прохладная глиняная чаша. Я насилу сделала несколько глотков противно-теплой воды.
Френта достала из-за пазухи небольшой пузырек и вылила содержимое мне в рот. Я едва не захлебнулась в мятной жиже, и закашляла, продирая горло. Неприятный холод растекся по желудку, проникая под кожу. Я неловко обхватила себя руками, пытаясь унять крупную дрожь.
– Мы не можем тащить ее дальше, – прошептала волшебница. – Это сущее безумие.
Френта кивнула, разглядывая меня своими непроницаемо-черными глазами.