– Велика услуга, прощение от пленницы недорого стоит, – выплюнула девушка.
– Но…
– Веришь сладким речам? – шепот девушки стал тише. – Я разговариваю с тобой лишь из-за того, что ты вступилась за этого недотепу. Пока тебе простят и это.
– Пока? – я обернулась. В девичьих глазах скользнул испуг.
– Сиди смирно, я затяну тесьму, – продолжила она. – Конечно, пока. Пока ты готова сотрудничать, император будет – само гостеприимство. Но только попробуй сказать ему нет… Хотя какого черта ему от тебя нужно, магии в тебе ни на грош, обычная девка из морских краев…
– А ты…
Я не успела закончить фразу, потому что в дверь влетел бирюзовый мужчина, и служанка отскочила с таким рвением, будто от этого зависела ее жизнь. Закутанная фигурка сложилась пополам, и попятилась к двери.
– Тильта, – улыбнулся мужчина, но его глаза посверкивают недобрым. – Надеюсь, ты не успела утомить нашу гостью речами?
Девушка мотнула головой, и убежала.
– Я думала никто из местных не понимает меня, – вставила я, приподнимаясь. Затянутый корсет больно впился в грудную клетку.
– Ты права, – неуверенно кинул мужчина. – Мало кто из слуг способен понять нашу речь. Девушка не пыталась тебе что-то сказать?
Я покачала головой:
– Мы вроде торопились к императору? – я подошла к двери, оглядываясь на спутника. Решимость поднялась волной крови к щекам.
– Так и есть, – мужчина добрался до двери быстрее, и я вздрогнула. – Пойдем.
За дверью возвышались два неподвижных стражника, их легкие доспехи так же блистали самоцветами, но не вызывали сомнения в боевой готовности. Пленница. А было ли по-другому? Губы робко дрогнули в улыбке.
Коридоры замка сверкали золотом и серебром, подчеркнутым богатыми синими, красными и черными оттенками. От бесконечных поворотов и отраженного света голова шла кругом, но я отгоняла прилипчивую тошноту, кровь ударялась больно в висках.
Когда мой спутник остановился, я неловко налетела на него и вскрикнула, но он не изменил нарочито-услужливого выражения лица. Пользуясь нашей близостью, он чуть наклонил голову к моему уху и шепнул:
– Ты же будешь умницей?
Я подняла глаза на его лоснящуюся голубоватую кожу, и пот скользнул под расчесанными распущенными волосами.
Двери открылись, и я шагнула вперед. Колени подгибались, а сердце упало в пятки. Яркий свет лился с неба на лужайку, ветви деревьев спускались к головам, а сплетения кустарников надежно прятали стены павильона. Под ногами зеленела трава – самая настоящая, и огромные экзотические цветы раскрывали лепестки нам навстречу.
Я прошла вперед по прохладной пружинистой почве к беседке из резного дерева. Внутри беседки сидел мужчина.
Он сидел спиной, и его широкие плечи подсвечивались волшебным сиянием, светлая кожа отливала лиловым, а длинные пепельно-белые волосы спускались до середины спины. Он повернул голову, от вида его точеного профиля с полуулыбкой захватывало дух.
Я остановилась, пытаясь сбить морок, но мужчина поднялся со своего места, его ярко-лиловые глаза, открывшиеся резко и неожиданно придавили меня взглядом. Взгляд не вязался с роскошным образом, глаза были мертвы. Глаза куклы.
Мой сопровождающий склонил голову в поклоне, и я, следуя его примеру, изобразила что-то вроде реверанса.
– Проходи, пожалуйста, сюда, – сказал мужчина, его голос нежный и бархатный залил оранжерею.
– Перед тобой император Ошанской империи, - пропел бирюзовый. – Великий Кортексион.
Я посмотрела на него выжидающе, а потом неловко кашлянула:
- А я – Ника Неро или…
Губы Кортексиона расплылись в улыбке.
– Мы знаем, кто ты, вежливая девочка! Боишься?
Я не сдвинулась с места, чувствуя, как задеревенели от страха мышцы.
– Это правильно, – он приподнял бровь и усмехнулся. – Но успокаивающих речей ты от меня не дождешься. Обман успел мне смертельно надоесть.
– Вы убьете меня? – спросила я, руки сжались в кулаки.
– Это мне нравится, – он наклонился чуть вперед. – Сразу к делу! Или что подсказывает тебе этикет? Твои знания о нем не ограничиваются умением делать реверанс при дворе?
– Нет правил поведения с безжалостными убийцами и палачами, - страх липким потом поднимается выше по спине, но я не могла остановиться. – Или все это? – я обвела глазами залу. – Не надоевший вам обман?
Я опустила глаза, ногти впились в ладони.
– Обман? – Кортексион подошел ближе. – Скорее любопытство. Что глупышка Судьба нашла в таком хрупком и доверчивом создании? И зачем наделила его могучей силой, которую оно даже использовать не в состоянии!