– Тут у нас конфликт интересов, – ответила я тише. – Я не желаю того, чтобы кровопийцы захватили мою родину.
Я снова опустила глаза, но смех Кортексиона заставил меня вновь посмотреть на него.
– Я ценю твою способность мыслить глобально, – его улыбка стала хищной, – но мы можем начать с чего-то поскромнее.
Он щелкнул пальцами, и несколько слуг преклонили головы перед беседкой. Пара слов на неизвестном языке просвистели в воздухе, и те скрылись за дверьми.
– Что… что вы хотите сделать?
Я поднялась на ноги, во рту пересохло.
– Сейчас увидишь.
Двери, через которые я пришла, распахнулись, и бирюзовый вампир втащил за шиворот служку. Высокий и крепкий мужчина обмяк и не сопротивлялся в руках вошедшего. Его спутанные черные волосы падали на побледневшее лицо.
– Ваше высочество, – вампир опустил парня на траву и подтолкнул ближе.
Император перелетел через столик и край беседки, оказавшись рядом с пришедшими.
Парень в черном упал ниц, а Кортексион осмотрел его с интересом, убрав руки за спину.
– Конечно, этого мало для личной привязанности, – проговорил он.
– Если вы считаете, что медлить нельзя, – возразил бирюзовый. – Лучше варианта нет. Кроме того, – он понизил голос. – Это раб…
– И то верно, – Кортексион опустился на одно колено. Губы парня задрожали, он проговорил что-то низким, срывающимся голосом.
– Молчать, – рявкнул вампир и повернулся к Нике. – Все-таки придется применить наказание к преступнику. Но исключительно в интересах дела.
Бирюзовый вампир потянулся вниз, тягуче и почти нежно, в его быстрых движениях, которые на этот раз возможно было различить, сквозила небывалая грация. Ткань широкой штанины служки разлетелась, разрываемая одним движением блеснувшего в воздухе кинжала, парень с криком упал на землю.
Я боялась пошевелиться, лица вампиров остались непроницаемы. Император развернулся ко мне, его темные глаза леденили кровь. Он приподнял уголок рта, но вместо улыбки вышел оскал.
– Сколько у него есть? – спросил он скучающим тоном.
Бирюзовый вампир пристально смотрел на испачканное лезвие кинжала, красная капля медленно стекала к рукоятке.
– Парень на вид крепкий. Но не думаю, что он протянет до рассвета.
Колени задрожали, огромные, испуганные глаза парня смотрели прямо на меня. Темнота внутри его зрачков пульсировала. Тошнота вернулась месте с головокружением, и я неловко ухватилась за ботик беседки.
– Ты слышала, – император подошел ближе, его голос прогремел над самым ухом, но я не могла отвести глаз от парня. – Раба отведут в твои покои. И нашу талантливую девочку с провидческим даром. Если сумеете протянуть время до рассвета – он будет жить. Скорее всего.
– Постойте, – я обернулась, но за спиной никого не оказалось.
Император стоял у выхода из залы, его длинные светлые волосы разметались по плечам, как покрывало.
– Я…, – я до боли сжала деревянную опору беседки, и втянула носом воздух. – Я не смогла спасти Эрика, хотя он был … близким другом. Я не могу сделать этого. Это просто… вне моих возможностей!
Слова рассыпались, не успевая быть произнесенными, а картинка поплыла от стоящих в глазах слез.
– Тогда раб умрет. У нас еще много таких, – пожал плечами император. – А мне пора отдохнуть.
Прямая фигура растворилась в воздухе. Я стерла слезы рукавом платья, но императора не было.
– Следует поторопиться, – бирюзовый вампир нежно дотронулся до моего плеча, но я вскрикнула и отскочила, прижавшись спиной к опоре.
- Где он? – прошептала я, хлопая глазами. Происходящее стало казаться дурным сном. Но на том месте, где только что стоял парень в черном, стоптанная трава алела от крови.
– Ночной яд – коварная штука, – продолжил вампир, протягивая мне руку. – На некоторых он действует долго, а кого-то убивает за минуты.
– Этот… этот яд превратит его в вампира? – спросила я.
Мне пришлось принять руку, я едва держалась на ногах. Гладкая и прохладная кожа вампира легко скользнула по моей.
– Нет конечно, – вампир потянул меня к выходу. – Он убивает. Ты вообще слушала, что мы говорили?
Я не ответила, просто пытаясь удержать равновесие. Шаги давались с трудом. Я не запомнила, как добралась до комнаты. Свет, коридоры и вкрадчивые голоса на границе яви и воображения смешались и затопили меня.
Вывел меня из этого состояния только протяжный стон, заполнивший богато украшенные покои.
– Твое окно открыто, – проговорил вампир за спиной. – Если парень доживет до рассвета, солнце выжжет яд. Хорошей ночи.