Когда он тихо претворил дверь, я сползла на мягкий ковер, не в силах сделать ни шагу дальше.
Глава 13
Я облизала пересохшие губы, и прислушалась. Прерывистое дыхание громом разносилось по комнате.
Гобелен с дальней стены сиротливо валялся на полу, но я двинулась к кровати.
Перепачканный мятый край белоснежной простыни сиротливо свешивался на пол, а парень смотрел в потолок.
– Подойди…, - прошептал он. Звуки знакомой речи вернули меня к действительности.
Я неловко бросилась вперед, но остановилась от взгляда темных глаз – теперь они горели на побледневшем лице. Откинутые назад волосы слиплись в завивающиеся черные пряди.
– Ткань…. Повязка…, – прошептал он. В глубоких бороздах на его напряженном лбу скапливается пот, тонкой струйкой огибая острые скулы на пути к подушке.
Я не могла оторваться от его глаз, они гипнотизировали меня, а тяжёлая липкая паника сжала в тиски затылок.
– Что я? – язык заплетался, я приподняла руки, пальцы сильно дрожали. Я потянулась к парню, но он дернулся, удаляясь от меня, а верхняя губа приподнялась, обнажая белые зубы.
Дверь за спиной громко хлопнула о стену. Пальцы больно врезались в шею, и я вскрикнула, пытаясь освободиться. Но вместо этого неуклюже сползла на пол.
– Что ты творишь? – прогремел голос одной а из пришедших.
Перед глазами все кружилось, и я не сразу рассмотрела две девичьих фигуры, закутанные в темные одеяния служек. Они склонились надо мной и разглядывали. Ярко-зеленые глаза тут же всплыли в памяти – я видела девушку с утра, но теперь ее глаза лихорадочно блестели, а губы были искусаны в кровь. Загорелое лицо второй покрывали веснушки, темно-каштановые вьющиеся волосы едва закрывали уши.
– Из-за этой… этой… мой Нерт…, - смуглянка потянула руки к моим плечам, но неловко остановилась на половине пути, тонкие пальцы дрожали.
– И ты хочешь избавить его от последнего шанса на выживание? – вторая дотронулась до плеча смуглянки, но та отскочила.
– Кира, ты обещала помочь.
– И я помогаю! А вот ты – нет…, - Кира выступила вперед, и уперла руки в бока. Теперь она смотрела на меня пристально не мигая, а потом ее тонкие алые губы расплылись в хищной улыбке.
– Добро пожаловать во дворец, Великий Бесполезный Регулятор, – она опустилась на ковер рядом, и хорошенько встряхнула за плечи. – Как я вижу, ты не имеешь ни малейшего представления о том, во что ввязалась.
Это действие заставило мир перестать кружиться, и я приподнялась на ноги, отступая к стене.
– Только не это, – выдохнула я. – Ты тоже Провидица?
– Что значит тоже? – ухмыльнулась девушка.
Ее подруга не теряла времени. Разрываемая в ее сильных руках простынь жалобно трещала, одним из жгутов она крепко перевязала ногу парня выше пореза, а второй лоскут смочила водой из кувшина на столике, чтобы промыть рану. Когда она дотронулась до кровавой полосы, он вскрикнул, а я вздрогнула в такт.
– Во дворце сейчас трое провидцев, – продолжила Кира. – И я использую силы всех. Конечно, это тоже не совет…
– Ничего не получится, – я закусила губу. – Я не умею…
Она прикрыла веки и покачала головой, а с кровати соскользнула зеленоглазая девушка.
– Если так, – прошипела она, и говор приобрел жесткий шипящий акцент. – Значит к рассвету я придушу тебя собственными руками! И мне нет дела до того, что сделает со мной Кортексион!
– Тильта, успокойся! Мы спасем твоего брата! – Кира потянулась к подруге.
– Это… твой брат? – мой вопрос утонул в тяжелом, напряженном воздухе комнаты.
– Сколько времени до рассвета? – продолжила Провидица, не обращая внимания на меня.
Тильта поднялась на ноги, и прошлась прямо по сваленному гобелену. Рамы отворились с протяжным скрипом, будто не часто им приходилось бывать открытыми. Теплый ночной воздух царственно вплыл комнату.
– Не меньше трех часов! – проговорила она упавшим голосом.
– Помоги перенести Нерта на кушетку, - скомандовала Кира. - Конечно, свет луны и звезд не сравниться с солнечной энергией, но…
Втроем нам удалось помочь парню перебраться к окну. Его разгоряченная кожа пылала даже сквозь плотную ткань черного одеяния, полы которого неуклюже везлись по полу.
У окна он затих, только веки на закрытых глазах подрагивали. Кожа на вытянутой ноге побелела от тугого жгута. Края пореза стали синеватыми. Кровь остановилась, но рана не выглядела затянувшейся.
– Ночной яд – это кровь вампира, – объяснила Провидица. – Ночью она ранит и жалит, но солнце разрушает ее. Если мы сможем сдержать распространение яда до того, как он поразит сердце, Нерт будет жить.