– Даже сейчас мало кто о них знает…
– Раньше же мы не выходили на поверхность вовсе, сердце старой горы питало наши силы, мы жили в глубинных тоннелях. Но люди искали нас. И тогда я вместе с некоторыми другими скалтерами отправился наверх, чтобы договориться. Мы взяли много самоцветов и волшебных вещиц. Как мы были наивны…
Я перевернула страницу, и бумага захрустела, открывая изображения покоев скалтеров. Не смотря на однотонность угольного рисунка, угадывалось богатство убранства и красота подземных залов.
– Люди взяли нас в плен. И вывели на свет. Как ты знаешь, свет губителен для скалтеров. Под солнцем мы начинаем взрослеть, каждый луч, каждая секунда заводят невидимый счетчик. И однажды – тадам – он начинает идти сам. Я провел на дневном свету день. Под покровом ночи, Эльна пробралась в лагерь и помогла нам бежать, но я выглядел двадцатилетним. Когда я пришел в покои Вульзеона, он смотрел на меня с сочувствием, но я знал, что он предал нас. Это знание разлилось в воздухе вместе с неудобной тишиной. Но со мной в любом случае было все ясно. Те, кто перевалил рубеж взросления, уходят.
– Путь крови…
– Да, так они называют его. Но по сути это гуманное название самоубийства. Путь сквозь скалу долог и труден, а каждый, кто на него ступил испытывает… особые потребности. Кровь...Жажда крови сводит с ума. Поэтому мы не можем оставаться среди сородичей. Но я не хотел уходить! Я любил Эльну и она хотела пойти со мной.
На следующих страницах изображено одно и то же лицо. Эльна выглядела печальной, но в то же время сияющей.
– Вульзеон убедил ее в том, что я превращаюсь в чудовище…Только путь крови мог очистить меня. Но все мы знали, что оттуда нет вестей. Меня вытолкали вниз, на прощание она сказала, что теперь пройти его – мой долг.
Кортексион перевел дыхание. Он протянул руку к открытой страницы, но остановился, пальцы сжались в кулак.
– И я прошел его, о да, – он отвернулся и сложил руки на груди. – Больше недели я брел по туннелям, продирался сквозь узкие участки, переплывал подземные реки, взбирался по каменистым подъемам… Это путешествие не было тяжелым. Оно было пыткой для тела. Для разума пребывание в бесконечных темных коридорах без возможности облегчить путь оказалось почти смертельным. Меня спас этот альбом, и крошечный светлячок, что я сумел взять с собой. Я всматривался в изображения того, что когда-то было мне дорого, и с каждой секундой ненавидел это все больше.
Я вздрогнула, вглядываясь в застывшую спину императора. Страницы зашуршали на столе, будто ветерок прошелся по потрепанной книжице. Но в комнате было тихо, а окон не предусмотрено вовсе. Я выхватила из вереницы страниц очередные лица скалтеров, виды их подземелий и зарисовки орнаментов стен.
– Ненависть давала силы двигаться дальше, она питала тело и дух, меняла меня. Я шел всем назло, но, когда я добрался до выхода, и почувствовал сладостный запах свободы, я понял весь юмор. Туннель выходил в пустыню. Иронично, не так ли? Выбраться из темных безжизненных туннелей, чтобы быть сожженным солнцем?
Мои пальцы задрожали, я опустила руку на корешок закрытой книги, гладкая кожа отдавала тепло, как живая.
– Но я был готов на все, чтобы выжить. Я дождался ночи. Даже ночи тут слишком светлы для меня. Луна и звезды с горизонта до горизонта, песок под ногами и разгоряченный воздух. Я не решился уходить далеко от спасительных туннелей. Несколько часов я бродил в округе, но не встретил ничего живого. Я почти сдался. Прошло еще несколько жарких дней и пустых ночей. Жизненная сила покидала меня. Но на четвертую ночь я встретил караван.
В ту ночь я узнал многое о своем состоянии. Кровь сделала меня сильнее. Меня нельзя убить мечом или стрелой, моя кожа слишком крепка для этого. Мое могущество увеличивалось с каждой каплей. И когда людей не осталось, я почувствовал себя Богом! На день я снова спрятался в туннелях, но на этот раз я знал, что ненадолго. Следующей ночью я соорудил покров в одной из телег каравана, схватил уцелевшего верблюда, и отправился туда, куда следовали люди.
Книга резко подскочила и открылась на новой странице. Небольшие землянки выглядели запущенно и тоскливо даже на рисунке.
– Убедить людей в том, что я их Бог оказалось даже проще, чем я думал. Я и сам верил в это. В пустыне жили разрозненные племена, выматывающие друг друга бестолковыми набегами. Я объединил их, построил дворец и стал жить тут. Все было хорошо, кроме того, что я становился старше. Кровь наполняла меня силой и дарила могущество, но не долголетие.