Что будет, когда все фонды будут потрачены, а цены так и не вырастут, откуда страна возьмет деньги на пенсионную реформу, почему нельзя верстать бюджет, менее зависимый от колебаний нефтяных цен на мировых рынках, министр не уточнил. Впрочем, справедливости ради, последний упрек адресован вовсе не Кудрину, который уже несколько лет кряду продвигает идею ненефтяного бюджета. Что же до пенсионеров, живущих на нефтяную ренту, то это так и останется красивой предвыборной сказкой. И тешить себя иллюзией, что нынешнее поколение работающих это никоим образом не касается – фонд-то «будущих поколений» – не следует, поскольку проблема пенсионного обеспечения тех, кому сегодня 30—40 лет, так и не решена.
3 апреля 2007 г. • Ежедневный журнал
САМИ НАКОПИЛИ, САМИ И ПОТРАТИМ
«Считаю необходимым выделить на это… » – меньше, чем на сотни миллиардов президент не разменивался. Собственно, вся экономическая часть послания президента Федеральному собранию состояла из долгого и обстоятельного рассказа о том, как замечательно – с пользой для страны и ее граждан – мы потратим существенную долю денег Стабфонда, а заодно и средства, полученные от распродажи имущества разоренного ЮКОСа.
О том, что Стабфонд со следующего года будет поделен на Резервный фонд и Фонд будущих поколений известно уже давно. Как известно и то, что он рискует остаться вовсе без денег – об этом прямо говорил в интервью «Ведомостям» министр финансов Алексей Кудрин. Однако президента это не смущает. Помимо этих фондов (на те же деньги) он предлагает учредить еще один – размером в четверть триллиона рублей, из которого будет финансироваться переселение жителей аварийных домов и капитальный ремонт нуждающихся в нем жилых домов.
Еще часть нефтяных доходов нужна «для выполнения, прежде всего, масштабных социальных программ» – читай нацпроектов. Что же касается Фонда будущих поколений, то если кто-то (например, Егор Гайдар) думал, что средства его будут инвестированы, а доход от инвестиций пойдет на финансирование пенсионной реформы и стабилизацию доходов Пенсионного фонда, он жестоко заблуждался.
Концепция изменилась. В пенсионную систему попадут жалкие крохи – бюджетные доплаты на накопительные счета для тех, кто добровольно перечисляет в Пенсионный фонд России часть своей зарплаты. Теперь в России создается уже не Фонд будущих поколений, а Фонд национального благосостояния. И финансировать он будет госрасходы, которые пойдут через Банк Развития, Инвестиционный фонд и Российскую венчурную компанию, причем не со следующего, а уже с этого года, для чего необходимо где-то (очевидно в Стабфонде) найти 300 миллиардов.
Пойдут эти деньги на инфраструктурные инвестиционные проекты: строительство аэро– и морских портов, второй очереди канала между Волгой и Доном, атомных и гидроэлектростанций (при этом, почему-то строительство и ремонт автодорог будет идти из бюджета, на что Минфину надо найти еще 100 миллиардов рублей). Наконец, нефтедоллары будут потрачены на модернизацию и развитие высокотехнологичных производств, к коим относятся самолетостроение, судостроение и нанотехнологии.
Почему именно нано-, а не, скажем, биотехнологии предполагается развивать, остается только догадываться. Единственное, что приходит на ум: использование биологического оружия – это по нынешним временам вроде как не комильфо, а микроскопического – очень даже. Может, конечно, есть какая другая причина, но президент объяснил выбор приоритета довольно туманно: что-то вроде, «почти никто не понимает, зачем это нужно, но я вам гарантирую, что будет здорово».
Чисто по-человечески желание потратить сверхдоходы, полученные страной благодаря высоким ценам на нефть, понять можно. Ведь не для того нынешняя Администрация, буквально по крохам, отказывая себе в самом необходимом, копила эти деньги, чтобы они достались какому-нибудь преемнику, будь он трижды расчудесным. Если он такой замечательный, пусть сам себе и копит.