— У него звонок, — усмехнулся Гектор. — Но заходи.
Кивнув им, она повесила сумочку на плечо, поправила топ, показывая большее декольте, и постучала в его дверь, входя.
Его золотистый взгляд остановился на ней, когда он откинулся в кресле, наблюдая, как она закрывает за собой дверь.
— Она подставляет себя, выходя из бизнеса. — сказал женский голос из динамика на столе.
Зефир замешкалась, ожидая, что он сделает звонок приватным, но он этого не сделал, просто не сводил с нее взгляда.
Заинтригованная желанием увидеть его, с другой стороны, она опустила сумочку на пол, обошла стол и села к нему на колени, обхватила его руками и положила голову ему под подбородок. Она почувствовала, как его тело напряглось от прикосновения, и сжала его, закрыв глаза и вдыхая его запах. Боже, она любила его запах, теплый, мускусный и мужественный, как дикий лес и влажная земля, как дом.
— И она не держит это в тайне, — продолжал женский голос. — У меня такое чувство, что она может быть следующей, кого он ударит.
Его руки остались на подлокотниках кресла, а тело напряглось под ней.
Если он думал, что ее оттолкнет отсутствие взаимности, то он ошибался. Она сделана из упрямства и своеволия. Она ломала его объятия за объятиями, пока ему не пришлось обнять ее от ярости. Она прижалась к его груди, глядя на В, обнаженное тремя верхними пуговицами его черной рубашки, на край одного шрама, выглядывающего на его груди.
— Присмотри за ней, — приказал он девушке на линии, его голос был более хриплым, чем обычно. Зефир хотелось думать, что это благодаря ее близости. — Я хочу знать, как только что-то пойдет не так.
— Будет сделано, босс, — заверила девушка и отключилась.
В кабинете воцарилась тишина, лампы включались одна за другой по мере того, как солнце садилось за лес, освещая весь город.
— Что ты делаешь? — потребовал он, все еще держа руки при себе.
Зефир улыбнулась.
— Обнимаюсь.
Она почувствовала, как он вдохнул, как его грудь прижалась к ее щеке, а затем сдулась, когда он выдохнул. Черт, ей следовало сесть наоборот. Она пропустила удары его сердца. В следующий раз.
— Это не часть контракта, — напомнил он ей, его руки вцепились в подлокотники.
Боже, иногда он был милым.
— Ты даришь мне умопомрачительные оргазмы — тоже не часть контракта, но ты не слышишь, чтобы я жаловалась.
— Умопомрачительные?
Конечно, он сосредоточился на этом.
— Умопомрачительные, расплавляющие кости, сжимающие пальцы ног, сокрушающие землю оргазмы.
Он не ответил, но она почувствовала, что он доволен.
Мужчины.
— Итак, эти девушки под АВ? — начала она, ковыряясь в пуговице его рубашки. — Ты их знаешь?
Пальцы его левой руки начали постукивать по подлокотнику, кольцо, которое она ему подарила, выглядело изящно на его грубой, большой руке.
— Не всех, нет.
— Но они все там добровольно, верно? — ей нужно быть уверенной. — Их не… принуждают или что-то в этом роде?
Она почувствовала, как он отстранился и посмотрел на нее сверху вниз.
— Откуда это?
Она рассказала ему о встрече с женщиной, чувствуя, как он снова напрягся.
Он нажал на динамик.
— Виктор. Принеси записи камер с сегодняшнего рабочего дня Зефир. Я хочу увидеть каждого клиента, который входил и выходил.
Зефир продолжала возиться с пуговицей.
— Это Синдикат, не так ли? Плохие новости.
Он не подтвердил и не опроверг.
— Девушки под АВ, — отвлек он ее, пока они ждали. — Возможно, они пришли в этот мир не по своей воле, но выбраться из него нелегко. Многие слишком привыкают к этому, боятся обычного. Многие наслаждаются деньгами, которые здесь можно заработать. И многие хотят сбежать, но не знают как.
— Ты не можешь помочь им выбраться? — спросила Зефир, искренне желая знать.
Его мир начал проникать в ее, но она все еще не понимала, как это работает.
Он беззлобно усмехнулся.
— Я не спаситель, Зефир. И будет лучше, если ты не будешь думать обо мне как о спасителе. Самое большее, что я могу дать этим девушкам это выбор: присоединиться ко мне и быть в безопасности, или оставаться в безопасности. И как только они присоединяются ко мне, они могут в любой момент уйти. Но я не хороший, моральный человек. Я могу убить тебя так же легко, как и довести до оргазма. Кровь или сперма — мои руки хорошо носят и то, и другое.